Мирабэль. Книга 1

Физическая и моральная боль раздирают меня изнутри, и немые слезы хлынули из моих глаз. Я не могу понять сейчас, какие точно чувства охватывают меня – ненависть, печаль или остатки любви борются со всей чернью, которую поселили в мое растерзанное сердце. Но мне больно, так больно, что хочется кричать. И я кричу… а с губ моих вырывается имя… одно имя, которое и люблю и ненавижу одновременно. Я не думала, что это возможно: настолько любить и вопреки этому ненавидеть.

– Джером Морелье! Джером Морелье! – я кричу так громко, что чувствую, как глотка начинает гореть изнутри.

Если бы он хотел, то помог бы мне еще в Сумеречном мире… нет… если бы он хотел сейчас помочь, то не смог, из-за того, где граф сейчас заточен. Если бы любил, то признался бы еще несколько лет назад! Но если бы не любил, давно убил бы меня… еще маленькую. Если бы хотел, чтобы я осталась с ним – никогда бы не отпустил! Если бы хотел, чтобы меня с ним рядом не было – ушел бы еще несколько лет назад и не появлялся бы на глаза.

Все противоречивые мысли дерут мою душу на части, каждая из них еще больней. Мне больно, что сомневалась всегда, и еще больнее, что он позволил мне сомневаться. Мне больно, что так желала его ласк и оказалась слаба, и еще больней от того, что он дарил мне ласку, о которой я и не догадывалась. Мне больно, что он – чудовище… мне еще больней, что ему подобной стала я. Мне больно, что он всегда был рядом, и хранил это все в тайне… мне еще больней от того, что он всех своих конкурентов жестоко убил.

Что теперь делать со всем этим знанием? Правда ли это все, или происки демонов? Зачем я нужна демонам и как оказалась снова рядом с ними? Почему я здесь? Как мне выбраться? Что сможет победить тьму?!

Мои истошные призывы графа остались безответными. Он не явился и, скорее всего, даже не слышал мой отчаянный зов. И когда мои силы уже истощены, я начинаю шептать одно имя, искренне боясь, что и этот зов останется без ответа.

– Амалиэль… Амалиэль… Амалиэль!

Глава 6.

– Еще одна такая выходка, и я надену тебе намордник и заточу в клетку совершенно другого плана, дорогая. – притворно-слащавым голосом проговорил демон в облике мужчины с черными глазами.

Я подняла голову, и смотрю за его спину, боясь увидеть снова мою копию. Что-то, а выворачивать душу наизнанку, и заставлять лицезреть всю эту чудовищность, демоны прекрасно умеют. Едва держаться на границе вменяемости помогает мне лишь мое упрямство.