Нострадамус

, покрытый лаврами новых побед, Бонапарт возвратился во Францию. Три недели спустя – 7 ноября – группа сенаторов собралась у своего председателя Лемерсье, чтобы обсудить план государственного переворота.

Через 2 дня – 9 ноября – на заседании сената в 8 часов утра был принят декрет, согласно которому место заседаний Совета Пятисот переносится из Парижа в Сан-Клу. Исполнителем декрета назначался генерал Бонапарт, которому немедленно было сообщено об этом на его квартиру, где к этому времени собралось большое число штабных офицеров.

Наполеон тотчас же направился в Тюильрийский дворец. В его присутствии председатель сената огласил недавно принятый декрет, после чего Бонапарт взял слово.

– Республика, – сказал он, – была близка к падению. Вы это знали и поспешили спасти ее. Не ищите примеров в прошлом. Ничто в истории не похоже на конец XVII века, и ничто в конце XVII века не похоже на настоящий момент.

В 11 часов утра ворота Тюильри были заперты, и Наполеон принял парад 10 000 солдат.

В обеденное время того же дня собрался в смятении и растерянности Совет Пятисот, заседавший в том же здании, где теперь собирается палата депутатов (Палэ Бурбон). Допущенный в залу заседания государственный курьер передал секретарю парламента сенатский декрет. После его оглашения председатель, несмотря на протесты депутатов, закрыл заседание, назначив следующее собрание на завтра в 12 часов дня в Сан-Клу.

Когда на следующий день, 10 ноября 1799 г., в новом месте собрался Совет Пятисот, начавший заседание с обсуждения причин перенесения работ парламента в Сан-Клу, двери распахнулись и с непокрытой головой, без оружия, вошел Наполеон.

Его сопровождали четыре безоружных гренадера, смешавшихся с толпой офицеров, стоявших у дверей.

В мгновение ока все собрание вскочило со своих мест.

– Генерал! – громко воскликнул один из депутатов. – Что здесь Бонапарту нужно? Это не ваше место! Он вне закона! Нам не нужно диктатора!

Наполеона окружили и схватили за шиворот.

Депутат Арена, вооружившись кинжалом, хотел заколоть Бонапарта, но один из гренадеров парировал удар и был ранен в руку.

Председательствовавший на собрании брат Наполеона, Люсьен, с большим трудом добился тишины.

– Намерение генерала, – сказал он, – наверное, заключалось в том, чтобы познакомить собрание с настоящим положением вещей.

Крики и угрозы прервали речь председателя, и Люсьену пришлось покинуть председательское место.