Климатическое оружие

Конвенция не ставит препятствий при воздействии на природные процессы в созидательных целях, однако она предусматривает ряд строгих мер по обеспечению жёсткого соблюдения её положений всеми государствами-участниками».

Три маленьких замечания post scriptum:

ПЕРВОЕ

Из примерно 195 государств в мире Конвенцию подписали 58. А ведут активные работы по геоинженерии порядка 80. И это без учета транснациональных корпораций и «инициативных миллиардеров».

ВТОРОЕ

А где разница между «воздействием на природные процессы в созидательных целях» и военными целями? Кто и как может это определить?

ТРЕТЬЕ

А что делать, если «хотели как лучше, а получилось как всегда»? Что делать, если шейх из ОАЭ клинический идиот, но у него немеряно денег и ему «просто захотелось дождичка»?!

Такие вот не совсем удобные вопросы возникают, да…

«Геоинженерия», «климатическая инженерия» или «климатическое оружие» все-таки? Где и в чем разница? Как минимум это – «технологии двойного назначения»! И что делать с тем, когда такие технологии оказываются в руках «инициативных идиотов» с деньгами?!

Глава 5.

Продавцы дождя: первые геоинженеры или первые «климатические авантюристы»?

В феерическом романе (и не менее феерических экранизациях этого произведения) Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев» главный герой – совершенно неподражаемый жулик Остап Бендер, очаровывавший не одно поколение публики. А точнее – Остап-Сулейман-Берта-Мария-Бендер-бей (в «Двенадцати стульях») и Бендер-Задунайский (в «Золотом телёнке»).

Что поделать: авантюристы (или даже жулики-авантюристы) – всегда привлекают своей некоторой «отвязностью», «цыганщиной», куражом пусть и не совсем «узаконенной», но свободы.

Хотя, а когда, в какие времена, свобода была законной?! Но это так, некоторое лирическое отступление в свете модных современных попыток навязать людям по всему миру разного рода «цифровые», а, по сути, «классические» концлагеря с использованием цифровых технологий.

Так вот, такие обаятельные жулики, типа Остапа Ибрагимовича, колесили по просторам техащины и прочих Великих Равнин в США и другим уголкам мира, где жили трудолюбивые и наивные (что немало важно!) фермеры и торговали дождями в начале XX века.

В те светлые далекие времена, когда законов против мошенничества было мало, а научных познаний у фермеров и того меньше. А эти самые фермеры зависели от погоды чуть больше, чем целиком и полностью. Нет дождя – нет и урожая.