Инвектива коитуса. Наука о «мате»

А, как часто бывает в языке, название поведения, стиля жизни срослось с названием носителя, только гласный «у» в корне на «я» заменился. Очень модное стало слово, к месту и не к месту, вне зависимости от пола и грамматического рода. Этим словом вполне можно назвать даже плохо вкручивающийся шуруп: хвой – елочная иголка. Предполагается также, что мат имеет древние корни. Вся соответствующая лексика в праславянском языке появилась, видимо, еще на стадии родовой общины, но мат тогда не воспринимался как ругательство и был в виде божественного обращения, это означало примерно то же, что у Киплинга означает формула «Мы с тобой одной крови!» – всего лишь принадлежность к одной и той же родовой общине.

Когда же через несколько столетий на Руси появилось христианство и в обиход вошло обращение к Божьей Матери, мат, к тому времени уже ставший ругательством (постепенно, после распада родовой общины) мог обращаться, конечно, и на этот предмет тоже. Но это уже позднее и явно вторичное применение соответствующей лексики.

Существует версия насчет происхождения мата из реакции «язычников» на «христианство». Некоторые считают, что собственно мат (от слова мать) – это естественная реакция всех языческих обществ на принудительное введение христианства (или других религий, где есть понятие божьей матери).

В общем, не есть это способ насмешки нехороших татар над хорошими русскими женщинами. А имеется в виду совершенно конкретная божья матерь: уж очень чудно было слушать язычникам истории про непорочное зачатие, вот и выразили они свои сомнения в мате.

Мат – это грандиозное явление культуры, айсберг, у которого мы видим лишь маленькую часть, совершенно не замечая огромный исторический массив и соответствующие ему архетипы, сидящие в нашем насквозь языческом сознании. А ведь раньше, в крестьянской России, матерной брани обучали.

У мата глубочайшие праславянские корни. Корни матерщины – языческие заклинания неба и земли о ниспослании урожая. Все было строго приурочено к сельскохозяйственно-календарным циклам и связано с ними напрямую.

А новая религия – христианство – в своей борьбе с язычеством ополчилась и на матерщину – магию языческих заклинаний.

Но природа устроена так, что новое никогда не побеждает старое. Оно всего лишь сливается с ним. Так, наше православие – сплав пришлого христианства с русским язычеством. А мат потерял сакральное значение, но не исчез, а просто стал официально табуизированной частью языка.