Мы – потомки страны «Тартария»

Впоследствии, пожив в Казани, узнав её со всех сторон, и имея в виду и собственную судьбу, он даёт столице совсем другую оценку:

Огнём заводов дни и ночи людей ты жжёшь, Казань:

Здоровых погубив рабочих, ты новых ждёшь, Казань!

    («Казань». Пер. с татар. С. Ботвинника)

В этом стихотворении уже нет образа молодого юноши, наивно любящего Казань и облекающего её в свои самые святые чувства. У него почти нет связей с буржуазным городом, «перемалывающим» молодых, здоровых парней, приехавших из деревень.

И хотя сам автор непосредственно не участвует в повествовании, его неравнодушие к описываемым картинам, боль, экзистенциальная печаль сочатся между строк, словно горячий воск.

У поэта нет близких родственников, дома, семьи, а потому в тяжёлые минуты он находит успокоение у своего народа, черпая у него силу, энергию, вдохновение.

До срока думой тяжкою состарен,

Я сам – татарин, истинный татарин.

Я дал народу обещаний много,

Исполню ль их – известно только Богу.

    («Самому себе». Пер. с татар. В. Звягинцевой)

Тукай, душой и телом, всем своим существом ощущающий себя татарином, через размышления о национальных интересах, любовь к родному народу, заботу о его будущем приходит к осознанию общечеловеческих проблем. Он жил, переполненный гордостью за то, что он – из татарского племени:

Пою, хотя живу в тесном углу,

Не боюсь, хоть мой любимый народ – эти татары…

    («Слова одного татарского поэта». Подстр. пер.

с татар.)

Поэт ни перед кем не преклонил колени, не называл чёрное белым и ежечасно оправдывал своей жизнью данное ему народом прозвище «Правдивый Тукай». В его многогранном и обширном с точки зрения смысла, высокохудожественном творчестве нашли глубокое отражение в различных жанрах лучшие качества татарского народа, прошедшие проверку временем, красота его девушек, прелесть родной природы. В этом наследии есть и тонкие лирические переживания, и юмор, и высмеивающая человеческие недостатки острая сатира.

Через всё творчество Тукая, подобно звону чистого родника, проходит печальная тихая мелодия, пронизанная любовью к простому человеку.

Как отмечалось выше, в стихотворении «Национальные мелодии», являющемся одной из вершин лирики Тукая и воплотившем в себе поистине историческую скорбь поэта, «по-настоящему наша, красивая народная мелодия» («какая-то жалобная, печальная») тесно переплетена с трагическим прошлым народа.