Вклад в исправление прежних заблуждений философов Карлом Леонгардом Рейнгольдом. Перевод Антонова Валерия

Они могут мыслиться в субъекте только посредством совершенно беспрепятственных и правильных понятий, постольку, поскольку можно и нужно полностью абстрагироваться от связи этого субъекта с организацией; потому что это те способности, которые должны быть предпосланы в просто обладающем преимуществами субъекте для возможности опыта вообще.

Прежде всего, я хотел бы сказать, что я не хочу быть в этом случае жертвой. В понятиях этих способностей не может возникнуть ни одна особенность внешнего опыта, потому что эти способности лежат в основе всего опыта a priori.

Трансцендентальная чувственность, например, должна мыслиться как: «способность субъекта (чем бы она ни была сама по себе. приходить к идеям»; при этом полностью абстрагируясь от того, должен ли субъект быть вообще в состоянии прийти к идеям;

В результате осознания факта самосознания обладающий всеми преимуществами субъект отличается от организации, насколько это мыслимо, как от внешнего объекта, который, хотя и находится в вечной связи с субъектами, познаваемый через опыт, должен, насколько он может быть воспринят в пространстве, быть причислен к объектам внешнего познания.

Состояние, которое может быть предоставлено субъектам только с учетом представленной организации, приходит к ним только через реальный опыт, является эмпирическим состоянием субъекта; в то время как то, что должно быть свойственно субъектам с простой, но определенной возможностью управлять собой и вещами, находящимися вне его, должно быть присуще субъекту в том же, независимо от реально представленной организации, априори мыслится и трансцендентальное достояние субъекта.

Поскольку эти способности могут заявить о себе непосредственно только в самих фактах самосознания и в операциях субъекта, следовательно, только в простом внутреннем опыте.

Поскольку эти способности могут непосредственно проявляться только в фактах самосознания в операциях субъекта, а значит, только в простом внутреннем опыте, понятия о том же самом не могут быть чистыми, но то, что здесь называется одним и тем же, может быть правильным, а их объекты подходящими, пока философский разум еще не сумел удалить из смысла слов, которыми обозначаются эти понятия, все образы, заимствованные из внешних представлений, и превратить первоначально метафорическое значение этих слов в собственно фразеологический смысл.