Неокантианство. Второй том

Но как мы можем сказать a priori, что каждое ощущение должно соответствовать формальным условиям времени и пространства, так же мы можем сказать a priori, что каждое научное знание должно соответствовать условиям объективного единства апперцепции, которая является формой интерсубъективного мышления в целом.

Итак, мы представили положение единства апперцепции для теоретической философии Канта в целом, но полезно несколько подробнее осветить его отношение к смежным понятиям, а именно к понятию внутреннего чувства, чтобы и в этом направлении провести более четкое разграничение.

Это тем более важно для меня, что я нахожусь здесь в противоречии с одним из самых значительных выразителей кантовской философии и поэтому хотел бы обосновать свою точку зрения: Коген говорит (Теория опыта Канта, стр. 154):

«Внутреннее чувство, во множественности своих восприятий, может дать только изменяющееся сознание и, следовательно, только субъективные перцептивные суждения. Трансцендентальное единство апперцепции, однако, дает объективное единство самосознания, поскольку через него все многообразие, данное в апперцепции, объединяется в одном понятии объекта».

В чем эта точка зрения отличается от моей, вряд ли нужно повторять. Здесь внутреннее чувство действительно приравнивается к субъективному единству апперцепции; ему приписывается способность выносить перцептивные суждения, способность, которую я считаю совершенно несовместимой с отсутствием эффективности категорий. Я считаю, что тем более следует приписывать эту возможность внутреннему чувству, поскольку Кант прямо замечает:

«Внутреннее чувство содержит простую форму восприятия, но без связи многообразного в нем, следовательно, еще не определенное восприятие.

»

Однако не только определенные восприятия, но даже понятия объектов опыта принадлежат к связке в перцептивном суждении. Мне кажется, что эту связь можно представить следующим образом. Если время является лишь формой для определенного рода аффектов (внешних и самоаффектов, о последних Кант говорил во втором примечании к трансцендентальной эстетике), то в случае внутреннего чувства, для которого время является формой, добавляется нечто иное, а именно сознание того, что субъект, испытывающий ощущение в данный момент, является тем же самым, что и субъект, испытывавший его в предыдущий момент.

Субъект осознает, или, скорее, чувствует себя тем же самым в потоке времени, и противопоставляет эту неизменность субъекта постоянно меняющемуся разнообразию ощущений.