Последний день откровений

Он не умел плакать, но видно было как во всю вопило его сердце, ведь до этого момента он никому и никогда не открывал своей горькой правды и всю боль носил в себе, потому что ему бы не поверили, потому что в это он и сам отказывался верить. И вот впервые Виктор доверился. Доверился человеку и представителю от Бога и сейчас ждал от них помощи. Артур занервничал. Он переживал от того, что не знал, как помочь просящему, ведь успокаивать не было смысла, надо было действовать и решать проблему. Но что по этому решению он мог предложить Виктору? Все что он мог дать сейчас это доверие и понимание и готовность стать соучастником его страдания, чтобы разделить его боль пополам.

И в этой искренности вера засияла внутри его живого сердца, она залила все вокруг заживляющим светом, принесла и одарила обоих людей потоком своей могучей силы. Отчего Артур заплакал душей, где были слезы благоговения и восторга от того, что их не двое, а уже Трое и еще миллионы и миллионы сынов Света готовых прийти к ним на помощь.

«И прошла буря и успокоилось море. И наслаждались они в волнах спокойствия и победы, ведь первый бой выигран, и он уже не беспокоил. Потому что в тебе одно мгновение доверия, а в нем понимания – сильнее многих лет страха и одиночества. Потому что искренняя любовь одного человека – величественнее и больше по своей силе, чем привязанности и уважения тысячи человек.

И от этого боль ушла, прерывистое дыхание Виктора прекратилось, он дышал ровно и тихо и, наверное, за долгие годы он впервые видел счастливый сон. И вот спала маска с его лица, потому что сейчас он улыбался не для кого-то и не от принуждения себя, а от счастья в себе и для себя самого. Он отдыхал и набирался сил зная о неизбежности того, что предстоит ему принять еще не один бой и выдержать еще многие и тяжелые испытания.

«И к нему зашел утренний ветерок, который проник через открытое окно лаская его кожу и при этом все болтая и болтая ему о своих похождениях по земле. А первый лучик солнца еще слабый и неокрепший робко пытался признаться ему и всему миру в своей первой любви. И затем тихие отзвуки священного Горна пронизав толщи тьмы открывали ему тайну вселенской мудрости.