Ходовые испытания

 – А вот где мои часы, подарок тетушки к шестнадцатилетию? Ну, быстро!

– По официальной версии, для тетушки, сняты в парке несколькими неизвестными. На самом деле – загнаны официантке в кафе «Спорт». Так? За червонец, – торопливо добавил я.

– Так, – неохотно согласился он. – Но все равно это ничего не меняет.

– Меняет, Валек, еще как меняет! Ты ведь уже не сомневаешься, что я – это и есть я! Не кто-нибудь, а я!.. Ты думаешь, я зря спросил тебя про лотерейные билеты? Нет! Я играл в такую лотерею! И выиграл.

Плевать мне на того, кто выиграл сто тысяч по троллейбусному билету! Билет на самолет принес мне, умирающему, выигрыш небывалой ценности – бессмертие!.. Валек, – я наклонился к нему и сказал почти шепотом: – Валек, я встретил Пришельцев…

Он поверил. Я видел это по его лицу, чувствовал по тому, как осторожно, словно боясь потревожить кого-то, он перевел дух. Он принял мои слова мгновенно и бесповоротно – они ведь объясняли все. То, что случилось со мной, для него уже не было чем-то сверхъестественным.

Были просто Пришельцы из Космоса.

Наука заставляла нас верить в существование тысяч иных планет, фантастика заставляла верить в их могущественных обитателей, а мы не противились. Наоборот, мы с замиранием сердца ждали их, ждали сегодня, завтра, через год; ждали все время с той поры, когда впервые до нас дошли простые, но дивно кружащие голову слова: «Пришельцы из Космоса!» И, включая радиоприемник или телевизор, мы в любой момент готовы были услышать: «Внимание… работают все радиостанции… Передаем сообщение… о первом в истории человечества контакте с представителями внеземной цивилизации…»

Шли годы, все затаенней становилось ожидание; казалось, верх брала взрослая рассудительность, прочно подкрепленная доводами теории вероятности.

Но мысль – а вдруг! – была сильней рассудительности и доводов любой теории, потому что в мысли этой была и мечта, и вера, и надежда.

– Расскажи! – он смотрел на меня требовательно и серьезно.

 – Откуда они? Кто?

– Ну вот, – я облегченно откинулся на спинку дивана. Я увидел перед собой моего прежнего Валентина и позволил себе чуть-чуть пошутить: – Ну вот, тебя, оказывается, больше занимают «маленькие зеленые человечки», нежели я!

– Что за глупости! – недовольно отмахнулся он, не принимая шутки. – Я ужасно рад за тебя, ты представить не можешь, как я рад за тебя! И тебе рад. Но… если ты расскажешь о них, значит, расскажешь и о себе.