Сапфировый человек

Приятелю в тот день сломали нос, а в адрес самого племянника посыпались красочные угрозы. Единственным, с кем он мог поделиться этой историей и кого попросить о помощи, был его дядя, ставший уже почти старшим братом. Женя понимал, насколько мальчик на него рассчитывает, поэтому желание незамедлительно разобраться со всем самому появилось почти сразу.

Это и привело его на пустырь. До бетонной постройки оставалось около двухсот метров, а тусклые углы внутренних стен уже начали прорисовываться в лунном свете.

– Доставай фонарь, – Женя шепнул Грише.

Парень в шапке проскользнул рукой обратно в часы и снял с плеч большой рюкзак. Толстый фонарь с широкой линзой появился из внутреннего кармана, и сильный белый свет спугнул ночную тьму. Все трое выстроились в шеренгу и смотрели на монолитную конструкцию.

Эти несколько секунд бездействия показались Жене самыми прекрасными часами в жизни. Морозный воздух охлаждал лёгкие и тяжело выходил. Он сильно сжал вспотевшие ладони в кулаки и на выдохе первый ступил внутрь.

Холодный свет фонаря прыгал по проёмам заброшенной постройки, освещая голые бетонные стены и разбитое стекло. Вихри пыли от осевшей штукатурки поднимались вверх от каждого шага и кружили в беспорядочном танце вокруг их потревоживших.

Женя ненавидел грязь. Запахи, присвоившие заброшку себе, вызывали у него тошноту, но ради племянника он был готов заглянуть даже за самый злачный угол.

Восприятие времени окончательно нарушилось. Казалось, с того момента, как Женя сюда попал, прошла почти вся ночь, но за этот период он с приятелями успел осмотреть только первый этаж.

И ничего – пусто. Следов чьего-либо присутствия так и не обнаружилось. От этого внутри него поджигался скрытый фитиль, треск которого пугал его самого. Это обязательно должно было закончиться взрывом, вспышкой неконтролируемой агрессии, последствия которой всегда были плачевными.

Когда пелена гнева застилала глаза, Женя попросту не был способен держать себя в руках. Злость могла вылиться на кого угодно и на что угодно.

Он не раз замечал за собой такие всплески ярости, заканчивающиеся разбитыми об стену кулаками или оставленными на себе красными полосами от ногтей. В последнее время они происходили всё чаще, и он всё меньше мог давать себе отчёт.

Поднявшись на второй этаж, Женя уже не находил себе места. Вопреки здравому смыслу, мозг требовал как можно быстрее найти обидчиков, чтобы скинуть сдавившие его оковы гнева, звенья которых всё продолжали накаляться.