Азбука спасения. Том 47

Почему как освободившийся от уз страстного похотения, вкусивший бессмертной славы и сладости и сочетавшийся с нею понуждается непрестанно возноситься горе и с Богом пребывать, не позволяя себе даже на мгновение отступить от созерцания Его и ненасытного Им наслаждения, а как связанный телом и тлением, отторгается им от горнего, влечется долу и возвращается к земному. Тогда такая бывает у него печаль о сем разлучении с горним, какую, полагаю, испытывает душа грешника, разлучающаяся с телом.

Как для телолюбивого и жизнелюбивого, для сластолюбивого и миролюбивого разлучения с сими предметами его любви есть смерть, так для любителя чистоты и Бога невещественного и добродетели, воистину смерть есть даже малое отступление от них сердцем. Ибо если видящий чувственный свет, когда смежит очи свои сам или другой кто закроет ему их, тяготится, скорбит и долго сносить этого не может, особенно если он смотрел на предметы нужные и дивные, – не тем ли паче просвещаемый Духом Святым и видящий ясно, в видении наяву и мысленно, в бодрственном состоянии и во сне, те блага, которых око не видало, о которых ухо не слыхало, которые на сердце человеку не всходили и в которые сами Ангелы Божии желают приникнуть, будет печалиться и скорбеть, если чем-нибудь будет отторгнут от созерцания их? Ибо это праведно кажется ему смертию и отчуждением от жизни вечной.

Невозможно, чтобы дела добродетели были тверды и прочны иначе, как благодатию Святого Духа. Итак, как нет совершенно никакой пользы тому, кто идет во тме, держать в руках много незажженных, хотя исправных, светильников, потому что и с ними он все же не может видеть ни себя самого, ни другого кого, так и тот, кто думает, что имеет в себе все добродетели (если это возможно), но не имеет света Всесвятого Духа, не может ни видеть хорошо и как подобает дела свои, ни вполне удостовериться, что они угодны Богу; не может также он других руководить и указывать им, в чем для них воля Божия; недостоин он и принимать чужие помыслы и исповедовать других, пока не стяжет света Святого Духа, который бы светил внутри его.