Счастье быть русским

Бабушка достала их из печи. Взяв в другую руку ковшик с водой, подошла ко мне и сказала, чтобы я не вертелся, сидел спокойно и не смеялся. Я замер, так как при лечении нужно себя вести ответственно. А то ее чары могут не подействовать. Держа ковшик над моей головой, бабушка вылила в него растопленные свечи, при этом говоря какие-то непонятные заклинания. Читала тихо, слова разобрать было трудно. Я молитвы ни одной не знал, но упоминание Бога в ее словах были. Закончив шептать, она подошла к окну, посмотрела на дно в ковшике и позвала меня.

В нем я увидел лепешку непонятной формы, похожую на морскую медузу.

– Видишь голову нашего Мартика? – спросила бабушка, показывая всем своим видом, что лично она видит ее отчетливо.

Я внимательно посмотрел, но никакой головы не увидел. Тогда бабушка своим пальцем показала на край лепешки, где, по ее мнению, виделся образ быка. Я еще раз присмотрелся и увидел голову Мартика. По крайней мере, мне так показалось.

Бабушка сказала, что «испуг» из моего тела вышел и остался запечатленным в этой лепешке, сейчас я совершенно здоров и могу идти погулять.

Но для закрепления всего этого таинства нужна еще небольшая медицинская процедура: обязательно снова сесть, но уже на лавку. На лавке я должен спокойно посидеть и не разговаривать. Бабушка взяла ножницы, выстригла кусочки волос с моей головы в области ушей и затылка, завернула их в листок бумаги и снова прочитала заклинания. Посмотрев на меня, поняла, что мне эта процедура стала надоедать и нужно заканчивать лечение:

– Сиди дома, а я пойду во двор и спрячу листок с твоими волосами, – сказала она.

Я подбежал к окну и стал смотреть, куда она понесет мои волосы. Ведь мне нужно было знать, какова дальнейшая их судьба. Все-таки это волосы не простого человека, а тореадора.

Бабушка зашла в загон для коров и скрылась в нем. После всего увиденного, я, конечно, был в коровнике, искал свои «тореадоровские» волосы, но не нашел, она спрятала их надежно.

Мой курс лечения продолжался три дня, после чего я был здоров, как наш бык Мартик, и снова был готов вести бой, но только не с ним. Родители категорически запретили мне продолжать бои с нашим бычком. Но я не сильно расстроился, ведь и без этого запрета было всегда много разных интересных дел. Да и бычок меня разочаровал. Ведь он – не испанский.

Почему-то утреннее время бежит не так, как дневное, а медленнее. Наверное, не проснулось после ночи.