Счастье быть русским

На длинную веревку с ошейником на шее, как дворовая собака, здесь и был привязан наш Мартик. Он бегал вокруг столба, прыгал, показывая своим видом, что жизнь его прекрасна и удалась.

А жизнь у него была, наверное, лучше, чем у людей: на работу ему ходить не надо, в стадо тоже, так как не достиг своего «армейского» призывного возраста. Так что можно в любое время лечь на травку и помечтать. Но мечтать ему не давали. Мы с Васьком пытались на нем покататься верхом, как на лошади. Мартик был такой упрямый, что не давал нам его оседлать, Ваську иногда удавалось на нем немного прокатиться, но я так и смог его покорить, он бегал быстрее меня.

Мартик, как ни в чем, ни бывало, щипал свою травку. Подойдя к нему, я посмотрел в его хитрые глаза. Страха в них не увидел, только умиление. Он, наверное, подумал, что я его, как бабушка, буду поить молоком. Я развернул дедушкин пиджак, держа его «тореадоровскими» руками, и стал им размахивать перед его мордой. Он стоял смирно, глядя на меня и не понимая, что же от него требуется.

Наверное, обдумывал, как ему поступить в этом случае, видя «тореадора». Я попробовал его подразнить. Набросил пиджак на его морду и своим грозным видом стал показывать, чтобы он выходил на честный бой. Вот тут-то я, весь в своей «тореадоровской» красе, ему покажу, как легко с ним справлюсь! И победа будет за мной.

Бычок был не испанский, а русский. И поэтому в нем никак не просыпался азарт настоящего бойца. Я ждал боя и представлял, как мастерски буду уходить в сторону, когда он будет на меня набегать, и не сможет задеть своими рогами.

Кровь во мне кипела!

Бой продолжался, счет был пока в мою пользу. Я подумал, что мне нужно его обойти и, может быть, видя тореадоровский плащ, он отреагирует на него агрессивно. Только я сделал пару шагов, как у Мартика проснулись испанские гены, он резко повернулся в мою сторону и побежал ко мне лбом в лоб. Отпрыгнуть не удалось, веревка ударила по моим ногам, и я упал на землю, выронив «плащ». Мартик подумал, что бой нужно продолжать, и своей мордой стал катать меня по траве.

И тут я понял, что без чьей-то помощи мне живым из боя не выйти… И стал звать на помощь.

Сколько по времени продолжался бой, я не знаю. Но на мой крик прибежала тетя Галя Курьянова, отогнала бычка и спасла меня. Я встал, голова кружилась, как после центрифуги, на которой тренируются космонавты. Тетя стала допытываться, хотела узнать правду, зачем я дразнил быка, так как весь бой видела, сидя на своей лавочке у двора.