За гранями времён и миров

Я обычно работал в кузне, два раза ходил по льду, на старое жильё, вместе с Динко. Мы перенесли весь кузнечный инструмент, меха, и часть металла. Охотника нигде не было, он спалил все дома и засыпал колодец. Охотник пришёл к нам на третью зиму с женой, с новой женой. Она была чёрная, как смоль и кожа её отдавала смуглотой, и блестела на солнце, как намазанная сажей. Женщина была беременна, и если бы не этот случай, то охотник бы не пошёл к нам. Он совсем не разбирался в бабских делах, а в лесу помочь в родах некому. Я налил охотнику эля из корабельных запасов.

Охотник рассказал, как после смерти отца, соплеменники обвинили мать девушки в колдовстве, и выгнали из поселения. Они нашли место в лесу, в долине четырёх ручьёв, с этого места начиналась река, наша река, на которой я был рождён. Охотник шел умирать, никто не знает, сколько он был в беспамятстве, Зухра нашла его и притащила в дом. Старая мать выходила викинга, но сама прожила не много. Мы похоронили её по обычаю её предков, наложив камней на могилу, она была из страны скифов. Зухра хорошо разбиралась в травах, нам нужен был лекарь, только я попросил охотника никому не рассказывать, что жена из племени волхвов и сменить ей имя, на более привычное. Я не хочу, чтобы в племени начались распри, в которых обвинят твою жену и детей. Охотник понял и согласился. Народ его жену назвал Ольгой, это было датское имя. Прошло около трёх лет, мы уже мысленно похоронили свой отряд, ушедший в поход. Когда в один из летних дней Динко увидел много челнов, направляющихся к нашему острову. Они умело проходили естественные препятствия и в прикрытии прибрежных скал, причалили в той стороне острова, куда мы редко ходили. Это было абсолютно голое, скальное место. Я отправил женщин в дальнюю пещеру, сами с оружием встали на выходе. Девчонка с луком и стрелами была между нами. Печник наблюдал за высадкой, прибывших было более 80 человек, говорили на непонятном языке: датские слова мешались с инородными, ничего не понять было. Печник рассказывал, что они надолго прибыли, он слышал плач детей, они разгружают вещи. Лодки отчалили, а люди остались. К вечеру к пещерам подходило три человека, они демонстративно оставили оружие в 100 метрах от нашего присутствия и подняв руки, показывая, что в них ничего нет, стали приближаться к нашему убежищу, называя меня по имени: – Конунг Герд, конунг Герд. Я узнал их. – Да никак нашлась наша пропажа! Печник первым выскочил навстречу своему сыну. Мы обнялись. В наш дом пришел праздник.