Ушедшие

В ней рассказ о встречах с другими, невидимыми для нас, существами, не бывшими людьми на Земле, которым видны наши мысли, желания, действия; об их отношении к нам, людям, об их влиянии на нас.

О помощи существ высоких миров. О том, что удалось с их помощью увидеть в открывающемся на мгновение реальном огромном многослойном мире, окружающем нас, и понять, что открыто для нас может быть только то малое, что может вместить наше сознание, к чему будет подготовлена наша душа.

Те, кому хотя бы на мгновение открывались невидимые слои нашего мира, знают, как трудно постичь то, что почувствовал, увидел, услышал, и выразить это хотя бы для себя в понятиях, образах и символах нашего сознания.

Вначале мой рациональный ум пытался найти место открывшегося мне мира в разных описаниях миров посмертия, в том числе миров великого Данте, позднее – великого мистика Д. Андреева, создать на основе своего опыта, глубинной памяти и всего того, что удалось прочитать, какую-то единую модель этих невидимых миров в доступных нам понятиях и образах.

Но пришлось признать, что существует принципиальная разница в устройстве этих миров по сравнению с нашим и их описание нельзя понимать буквально, как описание местности в каком-то участке нашей планеты и жизни человеческого сообщества в нём. Что язык искусства точнее выражает эти миры, чем слова и конструкции рационального мышления.

Реальные миры посмертия должны быть существенно разнообразнее и богаче наших представлений о них, хотя бы потому, что они должны постоянно изменяться, развиваться, в них постоянно входят миллионы новых людей со своими убеждениями, своим внутренним миром, своими способностями.

Но что нам понятно и близко во всех искренних рассказах о невидимых мирах- это рассказы о чувствах людей, их отношении друг к другу, их понятиям добра и зла, низости и высоты, как близки они нам в произведениях искусства древности, в мифах, сказках.

Я взял на себя смелость изложить свои комментарии к событиям, о которых идёт речь. Ведь записи разговоров – это лишь небольшая часть того, что мне открылось. Все мои слова выделены курсивом.

Но и эти слова не вполне мои. Во всяком случае, почти всё, что я написал сам, пришлось исключить из-за нечёткости мыслей и суждений, осталось только то, что написано, когда я чувствовал присутствие высокого сознания.