Остров священной гусеницы

Но видимо бог брезгует нами, или мы для него недостаточно чисты? И что только не делали с нами белые люди: заставляли нас чистить зубы, Анике красили ногти на руках и ногах, разными цветами, стригли наши волосы, смачивая пахучей водой; Осирис не желал принимать нас. Старший из старших, кому бог пожелал оставить бороду, позвал нас к себе, две женщины раздели поодиночке нас и провели ритуал, несколько раз обкрутив плоской верёвкой, похожей на змею, вокруг туловища, на верёвке были палочки. Через два дня по десять, пришёл верблюд, с двумя собаками и слугой Осириса.

Верблюд принёс то, что бледнолицые называли одеждой, нас заставляли одеть наряд, а мы с Аникой не знали, как. Когда мы надели это на себя, белые люди смеялись. Потом они помогли одеться и мне и Анике, мы стали теперь похожи на всех. Было очень неудобно в новой одежде, но так положено, так было угодно богу; но ночью, когда все спали, и когда бог пьянствовал в окружении своих близких, в огромных подземных пещерах, я раздевался наголо и бегал вокруг лагеря, пока тело не отдохнёт от этих мучительных одежд. Я долго привыкал к трущимся об тело, рубашкам, брюкам, так я начал знакомиться с языком белых. Смеялся над Аникой, у неё было несколько видов одежды, её даже заставляли одевать «Джинс», ей сделали короткую стрижку, и она очень походила на мальчика. Если бы она появилась бы в таком виде в Фивах, её бы собственные родители, привязали бы к столбу позора. Чего только не вытерпишь, ради прихоти богов! Аника быстрее осваивалась в таборе, с лёгкостью давался ей грубый, не мелодичный язык слуг Осириса. Через два месяца в её лексиконе было больше местных слов, чем слов древнейшей из наций, и она худо-бедно могла изъясняться с белыми, узнавать их последние новости, помогать им в работе. Десятилетней девочке, даже здесь, на границе жизни и смерти, было интересно; её любознательность не имела границ. Я вместе с ней несколько раз бегал в место, где бог наказал бледнолицых работой, и они веничками и щеточками выметали старый фундамент конюшни, только не понял, что он их заставил искать, но видимо для Осириса это было очень важно, что даже найдя остаток изношенной медной подковы, лагерь гудел как улей, целых два дня. Ночью чудовища напали на лагерь, мы с Аникой успели убежать. Даже не знаю на что похоже, ужасные вонючие чудовища, как огромные жуки, вместо глаз два факела, непрестанно рыча, подгребая под себя песок, как прожорливые гусеницы Исиды, вереницей вползли в лагерь бледнолицых.