Жизнь

Затем представляешь, что хочешь от него получить и головой поворачиваешь вот так: слева направо, слева направо. И медленно втягиваешь низ, как бы нажимая пульт.

Подруга решила послушать Фаину в последний раз. Придя домой, разделась и села на тот самый, хранивший следы крови ковер. Мела у нее не было, поэтому она насыпала по кругу гречку.

Вернувшийся домой муж увидел на полу голую супругу. Глаза закрыты. Она как-то странно водит из стороны в сторону головой. Повсюду гречка. Он решил не беспокоить жену, а тихонько вызвал скорую.

Санитарам она не сопротивлялась. Ей оставалось одно – верить в йони-пульт. В психдиспансере поставили диагноз: «Первая стадия неврастении». Муж был напуган. Он стал внимателен к жене, предупредителен и очень мягок. И Фаина, наконец, успокоилась – семья спасена.

Так Фаина в очередной раз помогла людям. Ну и сработал йони-пульт.

Синдром тушенки

В сорок лет Кассиопея Марковна прочла страшный рассказ о четырех беглых зеках. Один их них был простым и добрым парнем, которого взяли как запас продовольствия.

Зеки долго и муторно пробирались куда-то по заснеженной тайге, съев сначала руки бедняги, а потом все остальное. Между собой они называли его «тушенкой».

Кассиопею Марковну до глубины души потрясли подобный цинизм. Мысль о том, что сама она такая же тушенка, с тех пор неотступно мучила ее.

Переосмысливая прошлое, Кассиопея Марковна видела, что жизнь ее это подтверждала. Безотказная и незлобивая, она была для всех средством для достижения личных целей.

Женщины дружили с ней, чтобы она оттеняла их красоту, мужчины использовали как запасной аэродром, коллеги на работе без зазрения совести присваивали ее заслуги, а родственники с нетерпением ждали, когда она умрет и оставит им свою небольшую, но все же московскую квартиру.

Кассиопея Марковна не вышла замуж, не родила детей и не сделала карьеры. Жизнь ее состояла из унылых будней, мелких тревог и незначительных одиноких радостей. К старости же Кассиопея Марковна стала подозрительна и маниакально пуглива.

Причиной тому во многом был тот рассказ.

В один прекрасный летний день Кассиопее Марковне стало плохо с сердцем – упала в поликлинике, пока ждала очереди на прием. Ее отвезли в реанимацию, выяснить и проколоть-прокапать. Там-то Кассиопея Марковна и увидела медбрата Геннадия.

Был он одутловат, с белой шеей и бледными большими руками, носил грязный халат и кощунственно-красное лицо с широко расставленными, налитыми кровью глазами.