Спикосрак капитана Немова

Щелчков, тот вообще присел, уворачиваясь от солнечного удара.

– У-у-у… – сказал рыболов. Дернулся и добавил: – Ы-ы-ы… – Потом вдруг сосредоточился, замер, глазами уцепился за поплавок и, резко подсекши леску, потянул удилище на себя.

Ему было уже не до нас. По яростным рывкам и покряхтыванию мы поняли, что дело серьезное. Клюнула не какая-нибудь колюшка или сопливый ерш. Вот оно – рыбацкое счастье. Теперь главное – не дать добыче уйти. Мы ждали, чем закончится поединок.

Ждать пришлось не меньше минуты. И вот рыболов присел и в каком-то нечеловеческом развороте выбросил добычу на берег.

Она с брызгами ударилась о гранит, попрыгала на нагретых плитах и успокоилась.

Мы смотрели на чудо-рыбу. Заплывшими свинячьими глазками чудо-рыба смотрела на нас. На левом свинячьем ухе непонятно откуда взявшаяся прилепилась ученическая фуражка. Первым не удержался Щелчков. Щеки его раздулись, губы заходили зигзагом, но не вынесли внутреннего давления и смех выплеснулся наружу. Я смотрел на него, смотрел и, видя, что Щелчкова не остановишь, начал хохотать тоже.

Шкипидаров же повел себя странно. Он приблизился к свиной голове, потянулся осторожно к фуражке, сорвал ее и натянул на себя.

От такого его странного поведения мы даже перестали смеяться. Шкипидаров, наоборот, улыбнулся и выставил большой палец вверх. Потом, видимо, о чем-то подумал и повернул голову к рыболову. Но у тумбы уже никого не было. Ни рыболова, ни его шляпы.

– Спасибо, – сказал он пустому месту.

– Пожалуйста, – ответил ему Щелчков.

 – А с этим что будем делать? – Он показал на свиное рыло.

– С этим? – Шкипидаров нагнулся, подхватил свиное рыло с гранита набережной и покачал его на ладони. – С этим просто. – Как ожившая статуя дискобола, широким разворотом руки он зашвырнул свиное рыло в Фонтанку.

Глава шестая. Планета бурь

Не то чтобы за все это время я ни разу не вспомнил про коробок. Просто суета со Шкипидаровым и приключение со свиной головой отодвинули мысль о наклейке на задний, домашний план.

Нужно было придти домой, там спокойненько все обдумать, сообразить, как сказать Щелчкову, чтобы тот не лопнул от зависти, узнав, что коробок у меня. Ну, с этим было проще простого. Шел из школы мимо знакомой урны, по привычке сунул руку, а там: на тебе, пожалуйста, – коробок. Поверит, куда он денется, когда увидит этикетку с ракетой.

– Я – домой, – сказал я Щелчкову. – Сегодня мама обещала испечь пирог.

– С капустой, – кисло ухмыльнулся Щелчков.