Разрешаю себе

При таком агрессивном лечении страдают многие органы, но зато человек может жить.

Глава 6. Выбираю жизнь

Начались больничные будни. Первые два года были самые сложные. С работы, как ни прискорбно, уволили, так как мне дали вторую нерабочую группу инвалидности. Две недели в больнице, две дома. За это время одиннадцать курсов химиотерапии. Преднизолон – двенадцать таблеток в день. Прибавка в весе за первые три месяца лечения – двадцать килограммов. Лицо, как луна, – побочный эффект гормона.

После «химии» жизнь становилась на короткое время ярче, боль меньше, могла даже уборку сделать.

В больничных палатах столкнулась с разными женщинами, у каждой своя боль и потери.

Три молоденькие девочки 15–17 лет, болеющие лет с десяти. Уставшие болеть и лечиться. Умерли, к сожалению. С одной из них дружила, несмотря на разницу в возрасте. Когда она умерла, я очень горевала.

Многих женщин бросали мужья, когда узнавали, что те серьезно больны, оставив без средств. Некоторые, отчаявшись от горя, хотели свести счеты с жизнью.

Я оказалась в нужном месте в нужное время. Я чувствовала, что моя миссия – помогать всем этим женщинам. Словами ободрения, утешения, давать им веру и надежду на лучшее будущее.

Некоторые скрывали от мужей, что больны, потому что боялись их потерять. Поставят химиотерапию, полежат до вечера. И – плохо, не плохо – идут домой, делать вид, что здоровы. Мне было жаль этих несчастных женщин.

Я и сама попала в эту ловушку. Однажды мне сделали замечание:

– Почему у тебя стоят лекарства на столе? Спрячь их в шкаф, чтобы муж не видел.

С тех пор я прятала болезнь, насколько это было возможно. Максимально старалась выглядеть здоровой. Подавляла в себе жалобы. Делала вид, что все могу сама. Когда было совсем плохо и скрыть не получалось, в ответ я получала раздражение.

Сейчас я понимаю, что это заблуждение – страх потерять любовь. В любви нет страха.

Решила поступить в университет на менеджмент управления, чтобы хоть чем-то заняться. Моя любимая врач отговаривала меня:

– Зачем тебе это надо, ты же скоро умрешь. Да, да! Так и говорила.

Также она говорила семнадцатилетней девочке в палате, что не стоит идти учиться, потому что ты можешь умереть.