Опыт периодизации социальной истории

Первые социальные потрясения, участниками которых были уже мыслящие существа, без сомнения, оказали ещё большее психологическое давление на людей, чем последующие социальные революции. Только ломка стадных отношений и меняющиеся на глазах критерии социальной ценности, включили в работу социальную (синхронную) функцию мозга – сознание. Мозг получил принципиально новую информацию – социальное знание. Ещё очень скудное, но достаточное для работы мозга в синхронном измерении. Это знание практически продемонстрировало, что такое «мы» и «они».

Зоологическое «я», основанное на диахронной стороне трудовой функции – производстве орудий, и на диахронной функции мозга – мышлении, видимо, не получило развития, поскольку пало жертвой в неравной борьбе с кооперированным трудом, воплощённым в сознании, как «мы». Естественная смерь кучки стариков, бывших монополистов, если таковые вообще сохранили жизнь в ходе революции, на долгое время унесла из жизни первобытного общества всякий индивидуализм. Сама революция произвела окончательный морфологический отбор существ, способных жить в обществе – соизмерять свои поступки с требованиями нового способа коллективного выживания.

Этот отбор прошёл только Homo sapiens.

1) Становится понятной мысль Ф. Энгельса о том, что общество возникает «вдобавок», вместе с готовым человеком. Оно формируется не одновременно с человеком, а только в ходе социальной революции – качественного скачка, венчающего становление человека.

Социогенез начинается с зародыша социального качества – охотничьего коллектива холостяков, открывая бурный дивергентный поток морфологического развития социальной организации неоантропа.

2) Последний из предварительных выводов должен коснуться самого важного вопроса, вытекающего из факта возникновения нового способа организации – чем, собственно, этот способ превзошёл предшествующие?

Чтобы достаточно обоснованно ответить на этот вопрос в этой статье недостаёт анализа каких-то иных способов организации, помимо способа, основанного на функции размножения.

Более или менее основательно ответить можно, обратив внимание на особенности самой трудовой функции. Её двойственность проявляется в двух аспектах. Во-первых, это внешняя функция связи человеческого общества с окружающей средой, что исчерпывающе проанализировано в «Капитале» К. Маркса в разделе «Процесс труда». Во-вторых, это одновременно и структурообразующая функция организации, занимающая место как в синхронии, так и в диахронии.