Предновогодние хлопоты IV

Мужчина с явным облегчением уселся в машину. Портфель он положил на заднее сиденье, туда же определил и шапку. Проведя рукой по густым чёрным волосам с седоватыми висками, он устало откинул голову на подголовник, но спохватившись, достал из кармана бумажник.

–Да, да, деньги, деньги, деньги. У вас говорят: дорога ложка к обеду. За всё в этой жизни нужно платить, даже жизнью иногда за какую-то сущую мелочь. Впрочем, и на небесах придётся платить за всё, что не доплатил здесь на земле.

Денисов положил деньги в карман, думая: «Иностранец и славянин.

Пиликнул пейджер – это была Мария. Она просила позвонить и рассказать, как прошло возвращение мальчонки в семью. Денисов повернулся к пассажиру.

– Ради Бога, извините меня. Мне нужно будет остановиться на пару минут у телефонного автомата.

Пассажир вынул из кармана телефон, нажал на нём кнопку, протянул его Денисову.

– Наберите номер и говорите.

Денисов замялся.

– Звоните, звоните, у меня нет лимита на разговоры, мои разговоры оплачивает фирма, – настоял он.

В голосе Марии звучала нежность и волнение.

– Миленький, ну, что ж ты не едешь домой? В нашем доме ужасно не хватает одной важной детали. Точнее сказать самой главной – тебя. Я, Игорёк, уже соскучилась по тебе, только о тебе и думаю. Что-то меня гложет, мысли только о тебе, родной. И чем ближе Новый Год, тем чаще меня посещают такие настроения с навязчивыми однотипными мыслями об опасностях поджидающих тебя на проспектах города.

– Маша, прекрати, всё хорошо, не накачивай себя. Всё хорошо. Сейчас еду в Пулково, в аэропорт, а после точно поеду домой: что-то и мне сегодня неспокойно, желания особенного нет крутить баранку, тянет домой, – чувствуя, как его охватывает волна невыразимой нежности к жене, сказал он.

– И правильно тянет. Сейчас по радио объявили штормовое предупреждение, обещают сильный ветер, метель и понижение температуры.

– Не волнуйся. Один юморист сказал, что синоптики ошибаются один раз, но каждый день.

– А что у Егорушки, родной?

– Рассказывать долго. Атмосфера печальная и тяжёлая.

– Пьют родители?

– Этого не знаю, но нужда прёт из всех углов, а это, сама понимаешь, часто ломает людей. Приеду, расскажу в подробностях.

– А мальчонка-то, воробушек наш, как он?

– Подавлен, бедолажечка, но крепился. Я уже скучаю за голубоглазым воробышком.