Образы и видения

По не вполне понятным причинам Олегу выпала честь возглавлять сильнейшую армию альянса. Как-то сразу он понял, кто из соратников предаст его в удобный момент и ограничил возможности потенциального Иуды без его личной санкции делать ходы, существенно меняющие стратегический баланс сражения. Но главное, Олег вдруг с ужасом осознал, что Игра – это не совсем игра: события на громадной полусфере каким-то образом проецировались на другие миры. Нечто похожее, пусть и в совершенно иной конфигурации произойдет на его родной планете и приведет ее к глобальной катастрофе – ну или не приведет, в зависимости от того, как пойдет эта безумная игра, не имеющая ни начала, ни конца.

Автобус резко затормозил. Олег открыл глаза. Пассажиры потянулись к выходу. «Что это было? Я же не спал? Переутомление. Нервы. Сон разума рождает чудовищ, а бессонница – удваивает их, пожирая остатки рассудка. Добраться до дома и спать часов десять, а лучше – двенадцать» – сказал себе Олег и пополз к выходу.

«А будет ли продолжение?» – З.

Б. «Понятия не имею» – А. О.

Чужие

Моя мама всегда говорила, что чудовищ не бывает, это всё выдумки. А они есть.

    «Чужие»

Ветер ворвался в открытое окно каморки хостела, плеснув ледяной рукой пригоршню холодной воды прямо в лицо Олега. Олег жадно вдохнул наполненный влагой воздух и, поперхнувшись, взглянул на небо. Голые черные ветви деревьев складывались в неясные контуры лиц, звериных морд, загадочных фигур. Казалось, существа из иных измерений стремились прорваться через сотканный из ветвей и тумана портал в наш мир.

Олег отвернулся от окна и сказал сидевшей у стола женщине:

«Ну не грусти, солнце мое, прорвемся, поди. Давай я тебя развеселю немножко. Расскажу одну историю, да ты ее знаешь, напомню, просто она как-то мимо твоего сознания промелькнула». «Расскажи, – невесело улыбнулась Марина, – смешную?»

«Нет, стра-а-ашную, мы такие в пионерлагере друг другу по ночам рассказывали. Слушай. Вспоминай…

Южное черноморское солнце слепило глаза.

Олег бросил взгляд в сторону моря и рефлекторно прикрыл глаза. Он успел заметить странное мельтешение рядом с балюстрадой. Вместо рядов молочно-белых плафонов, висевших на колоннах прибрежного павильона, ему ухмылялись ехидным оскалом человеческие черепа. Провалы черных глазниц внимательно следили за проходившими мимо отдыхающими. Черепа висели на выбеленных ветром и дождями длинных кольях. Олег взглянул на павильон. Наваждение исчезло.