Зеркало наших воспоминаний

И сейчас она впивалась взглядом в незнакомого мужчину, показавшегося ей не слишком-то похожим на впечатляющие изображения в сети. Тогда Алиса попыталась спрятать волнение под мягкой, немного застенчивой улыбкой.

– Добрый вечер, Лань Тау, – произнесла она, впрочем, довольно уверенно на английском, странно звучащем из-за акцента. – Как ваши дела? Я Алиса Гончарова. Спасибо, что любезно согласились на встречу.

И протянула ему ладонь для рукопожатия.

Мужчину тут же передернуло от этого странного выговора и наглости.

Сморщив нос и кивнув, он жестом пригласил незнакомку в дом. Уже поворачиваясь к ней спиной, произнёс приветственные слова на родном языке:

– W?nsh?ng h?o, hen gaox?ng huany?ng n?n lаi d?o w?jia! (Добрый вечер, рад принимать вас в своём доме). I don't speak Russian at all, but I speak English perfectly (Я совсем не говорю по-русски, но в совершенстве владею английским).

Алиса ощутила холод внутри. Лань Тау как будто не заметил её протянутой руки. Это была не просто невежливость, хуже – демонстрация неприязни.

Сомнения снова обрушились на девушку беспощадной волной. Зачем? Зачем она здесь?

Но делать было нечего, и она вошла в дом вслед за хозяином, неловко бубня себе под нос:

– Я тоже говорю по-английски. Наверное, на этом языке нам и стоит продолжить беседу.

Негодование, вот что Тау испытывал в этот момент. Молодая, весьма эрудированная особа поздоровалась первой. Как гром среди ясного неба, чему вообще учат этих русских женщин дома. Никакого уважения. Девчонка, как минимум, должна была обратиться по статусу (господин), не говоря уже о том, что в приветствии не принято спрашивать про дела.

А эта протянутая рука… Рукопожатие – нарушение личного пространства, бесцеремонное в него вторжение.

Обутый в свои повседневные бянь сё, он мягко ступал по деревянному полу. Его узкие укороченные тёмные брюки хорошо сочетались с домашней обувью, а тонкий пиджак поверх белой рубашки подчеркивал стройность и крепость фигуры.

Медленно двигаясь по комнате, больше напоминающей музейный выставочный зал, Тау не заметил, как потерял гостью.

Залюбовался картинами с фрагментами китайской истории, которые украшали стены с огненно-красным орнаментом. Полки с оружием и древними статуэтками, всё это было наследием семьи Лань, чем мужчина несомненно гордился.

В умиротворяющей атмосфере послышалось ёрзанье и лёгкое цоканье каблучков.

Повернувшись, Тау обнаружил, что Алиса в нерешительности стоит на месте и сверлит его пронзительным взглядом.