Аркан

Но в это время Нило уже мысленно проклинал обоих путников, за то драгоценное внимание, что она уделяет чужакам.

Дункан продолжал находиться в раздумьях не сводя с женщины глаз. Обладая врождённой эмпатией, Леон собственной кожей ощутил треск электричества исходящий от молодого мексиканца. Незаметно для других он ковырнул шпорой в бок свою кобылу, так, чтобы она приняла в лево и толкнула плечом мерена Дункана. Результата долго ждать не пришлось. Пегий мерен прижал уши и пнул в воздух задней ногой, угрожая кобыле расправой.

Придя в себя от качки в седле, Дункан резко перевел взгляд на мексиканца, теперь напряжение почуял и он. Леон продолжал: – Тут недалеко ранчо моего отца. Можем проводить вас и показать жеребенка нашему врачу.

Обернувшись через плечо к Нило, Мисс Роккайо взглядом задала вопрос, как лучше поступить, на что Нило почувствовав долгожданную важность, ответил всем: – Он не дотянет. Мы сделаем все процедуры, что планировали, и если вы готовы ждать, то с радостью примем вашу помощь и поедем на ранчо вместе.

Если вы спешите, можете нарисовать карту, мы приедем позже, – Нило не хотел принимать их помощь вовсе. Но выше его гордости было желание позаботиться о Мисс Роккайо. После трех дней пути, ей пойдет на пользу мягкая постель и горячая ванна. Как и ожидалось, его ответ обрадовал спутницу.

– Мы подождем, дружище, – ответил Леон, утвердительно взглянув на друга. Это не обсуждалось, Леон обожал гостей, как и его отец. Да и терпение по отношению к перепадам настроения Дункана на сегодня закончилось.

Расседлав лошадей они легли отдыхать в тени фургона. Одноглазая кобыла терпеливо стояла рядом. Нило приносил кипячённую воду и тряпки, пока Мисс Роккайо изогнутой иглой сшивала мышцы и жилы, еле слышно проговаривая заговоры.

– Что это было? – спросил Леон, откинувшись спиной на брошенное на землю седло, присоединяясь к другу.

– О чем это ты? – бухтел Дункан едва не проваливаясь в сон.

– Я о том, как ты таращился на эту циганку.

– Таращился? – он недоумевал и блуждая в мыслях пытался вспомнить ее лицо.

– Да-да, как полоумный, – понизив голос он продолжал. – Я думал этот мексиканец перережет тебе глотку за такую дерзость.

– А вот это я помню, но я не таращился. Говорил же, всегда найдется желающий перерезать мне глотку, – довольно хмыкнув он сильнее надвинул шляпу на глаза и притих.

Леону оставалось лишь смириться и поступить так же, его версия про камни в голове друга тоже подтвердилась.