Жизнь по контракту

Мне доктор от анемии рекомендует крапиву есть. Так что я ее совсем легально посадила на крыше. Ну и коноплю внутри. Никто через крапиву к ней не полезет.

– Здорово, а? – смотрела на него Тильда.

– Здорово. – Согласился Герман. Ему уже было совсем хорошо с этими добрыми, ничего от него не скрывающими девушками. – Вы умные и красивые…

– И ты ничего, растлитель, – хохотнула Тильда.

– Да, почти красавчик, если отмыть, – подтвердила Линда. Она глубоко затянулась и посмотрела на подругу. – А может, правда, отмоем?

– У нас вода есть, – согласно кивнула Тильда, – и холодная, и горячая….

Герман очень даже не возражал:

– Да я бы с удовольствием.

Линда отвела Тильду в сторону. Они пошептались о чем-то. Потом вернулись. Молча докурили то, что у них было с собой. В который раз переглянувшись, встали, потянули Германа за руки:

– Идем к нам. Не бойся. Мы живем вдвоем, больше никого нет. Помоешься, как человек, а то от тебя уже, кажется, попахивает.

Он рассмеялся:

– Это травкой…

Линда ткнула кулачком в его живот:

– И есть ты, наверное, хочешь?

Тут он – живущий на бутербродах и сосисках из взламываемых автоматов – полностью согласился:

– Хочу.

Чего-нибудь бы домашненького…

Линда на это, однако, поморщилась:

– Ну, с домашним у нас не очень…

– Зато дома бутылка вермута есть, – похвасталась Тильда. – Настоящего. Из магазина.

– Ну тогда, идемте, – послушно встал Герман. Он был так рад, что у него есть приятели, которые, подобно ему, избегают АИК, которые готовы помочь незнакомому (но явно симпатичному) беглецу, которые позаботятся о нем – помоют, покормят.

Втроем они вышли из подъезда, обошли дом и отодвинули в заборе крепкую, но, как оказалось, держащуюся на одном гвозде доску. Протиснулись по очереди в образовавшуюся дыру. Вернули доску на место. Герман автоматически отметил мысленно, что сигнализация охранной системы не сработала: «Надо бы разобраться почему…» И тут же возразил себе: «А зачем разбираться? Я же больше не работаю в «ЛокИнформ»…»

Линда и Тильда жили в квартале от стройки.

На девятом этаже девятиэтажного дома. Прямо с балкона их квартиры на крышу вела крутая лестничка. Они поднялись друг за другом. Как в замедленной съемке Герман видел перед собой то напрягающиеся, то расслабляющиеся на ступенях женские ножки. И даже, засмеявшись, тихонько ущипнул одну из них, самую близкую. Сверху раздалось хихиканье.

Тильда гордо показала на отгороженный участочек крыши.