Голем XV

При этом отдельная линия голографической пленки-пластины являла собой образ (заготовку) осознанности… Суть исходного чувства – таящееся в нем ви?дение самого себя – можно было назвать «взглядом Выдумщика», который, коллапсируя свою вероятность в конкретность внутренне-внешнего существования, выдумывал две вещи: голограмму «внешнего» (мира тел) и свою собственную земную версию – «внутреннее», осознающее «внешнее». Образное сознание Выдумщика соединялось с земным сознанием плода его выдумки (человека) в сознающую вертикаль…

В волнении ухватившийся руками за пульт Курочкин случайно нажал на «Выход из сеанса»…

– Дальше в романе… – переводя дух, сказала Галина, – о том, как именно взаимодействует человек со своим Выдумщиком, но, думаю, на первый раз хватит.

– На первый! На первый! На «он же и последний»! – Курочкин и без слов, одним своим грозным видом, демонстрировал, что второго раза не будет.

Галина подключилась к сеансу «с того места как Курочкин виноват» – со «Взгляда из сингулярности» (из точки Большого взрыва), откуда выдумывался теперь в профессорской голове образ Вселенной, а его, профессора, собственный мысленный взгляд воспринимал эту выдумку. В этой взаимонаправленности взглядов – «сингулярного» и человеческого – направление к обоим взглядам было временем, от обоих взглядов – противо-временем… Движение во времени обеспечивали соединенные взгляды человека и его Выдумщика, работающие на вход, вглубь самих себя: таким своим взглядом Выдумщик коллапсировал себя самого из вероятности в конкретность своего внутренне/внешнего (человек / голограмма Вселенной) существования, а его земная версия – человек – таким же работающим на вход взглядом выделял из непрерывного сенсорного потока объекты, выдумывая для этого инструментарий пространства и времени (подзвучка изображения: «Как это представлено в теории биоцентризма Роберта Ланца»)… Движение же против времени происходило вследствие того, что человек и его Выдумщик работающими на выход взглядами смотрели друг другу «в глаза».