Скорпион

У берегов, тоже новосозданных Весами, стоит лодка, в неё заходит солнце, но на горизонте всегда полно людей, готовых тоже туда забраться и окружить со всех сторон, как стол с перевёрнутой пентаграммой, это призрачное светило, но без него им придётся придаться холодным объятиям, ибо руки у смерти, когда она не держит лук со стрелами, всегда холодные, как поцелуй четырнадцатого дьявола с крыльями, любившего одну рахитичную девочку, да даже больше, по ощущениям эти объятия это словно когда пятнадцатый дьявол спьяну целует в лепестки белый цветок этой рахитичной и зубами отрывает каждый и все пять бросает под свой огромный хвост, которым заметает их на задний план каждой из сторон света, расположенных крестом из Скорпиона, Тельца, Льва и Водолея, прямиком в мистерию загробных судилищ, сразу же туда, резко, безо всяких перевалочных пунктов вроде католического чистилища, где вид колёс, как вид топаза, был полон глаз, ибо дух Козы, Свиньи и Кролика был в колёсах; туда же, резко, и без старинного намёка на зал леди Вокс, где в ожидании паровоза Коза, Свинья и Кролик сидели на камне, к которому прикованы мужчина и женщина, похожие на влюблённых Адама и Лилит, и огонь ходил меж животных, а между влюблёнными сверкала молния кандалов, и ржавая позолота, каковая бывает только на пентаграммном перевёртыше меж рогов дьявола, покрывала тела их, при свете факела преисполняющихся внутренним потенциалом, ну как внутренним, ну как потенциалом, тут, любимая, как и всегда, дьявол кроется в деталях, и якобы преисполняющихся преобразованием в Скорпиона-змея под буквой «мэм» с лицом человека, лицом льва и властью недр или в Скорпиона-орла под буквой «самэх» с лицом тельца и лицом, собственно, орла, чьё туловище оканчивалось вторым лицом, или двадцать восьмым, да какая разница, это был сам дьявол, в его руке горел факел, и куда его дух хотел идти, туда влюблённые и шли, пока Лилит не потеряла менструации и не появилась Ева, но все равно, когда шёл дьявол, шли и Адам с Евою, а когда тот стоял, стояли и они, а когда…

ЦИФРА 8

Нарайя был плохим студентом и притворялся декадентом.