Подмена

Но сочинения и изложения он писал лучше всех в классе, а от того классная руководительница, которая по совместительству была учителем русского языка и литературы, по-матерински хлопотала за любимчика перед всеми учителями. Часто безуспешно. Поговаривали даже, что таким образом она пытается обеспечить свой кабинет ремонтом, современной техникой и кулером с водой. Но эти домыслы довольно скоро разбились о заявление самого Макса, что «по себе людей не судят». Его он сделал в учительской, где накануне 8 Марта педагоги за тортиком с коньяком собирали сплетни, которые парень случайно услышал, зайдя в кабинет.

А позже его единственная пятерка по литературе превратилась в самую обычную тройку. И Гошке отчего-то казалось, что он испытал облегчение, хоть и не сознавался в этом.

Глава 7.

Гоша с Юлей выпили кофе на Арбате, немного поглазели по сторонам, и парень заметил, что одноклассница снова погрустнела.

– Хорошо гулять, – вздохнула она. – Просто ходить и ни о чем не думать.

– Ты опять про Макса? – закатил он глаза.

Юлька кивнула:

– Он – моя цель. Я не могу это объяснить. Да и вряд ли ты поймешь.

Но Гоша понимал. У него, наверное, тоже была цель. Если этим словом можно было назвать ту, которая появилась у парня спустя несколько лет после Лены.

– А поехали ко мне в гости? – неожиданно для самого себя предложил Гоша. – Мама на дежурстве, папа на очередной конференции, а брата до ночи дома не бывает.

– А это удобно? – замялась девушка. Но Гоша сразу понял, что ей очень хочется, чтобы он ответил утвердительно.

– Удобно. Поехали, – решительно взял он ее под локоть.

– Хорошо. Только…

– Что?

– Мне позвонить нужно. Предупредить, что я задержусь, – она отчего-то смутилась.

Иногда белокурая девушка вызывала в нем недоумение. С одной стороны, она была высокомерная и в некоторых ситуациях даже заносчивая, но в тоже время добрая и, оказывается, даже заботливая – это качество парень давно перестал подмечать в окружающих его подростках, что было необычно и еще почему-то особенно приятно.

Ему вообще нравилось, когда в людях вдруг проявлялись какие-нибудь человеческие качества. Не поддельная, а искренняя эмпатия, не просто поддакивание, а осознанное сопереживание и забота.

– Маме? Позвонить, – улыбнулся он своим догадкам.

Она грустно посмотрела на него и подтвердила:

– Да, – и следом произнесла уже более уверенно, – маме.

У Гоши никогда не было проблем с родителями.