Образование, наука и просвещение на пути из прошлого в будущее. Советская Россия. Том I. 1917–1953 гг.

Но также известно, что Ленин и другие образованные большевики боролись против такого отношения к наследию прошлых эпох, точнее, против огульного отрицания этого наследия. Однако и они допускали, что в нем есть то, что действительно должно быть «сброшено с корабля революции». Например, Ленин писал, что не нужно изучать логику, другие «борцы с буржуазностью» отменяли изучение в университетах философии, истории, социологии, зарубежного государственного права и т.д. Неудивительно, что позже были запрещены генетика, кибернетика и социология, готовились разгромы математики и физики, всячески тормозилось развитие философии, экономики и других наук.

Тем не менее, надо признать, что в первое десятилетие советской власти в стране было много активных деятелей, стремившихся впервые сделать так, чтобы «не школа учила тому, что потребуется в жизни, а жизнь требовала бы того, чему учит школа». Идея ленинского Союза борьбы за освобождение рабочего класса – строить государство на научной основе – естественным образом совпала с идеей Ключевского.

До Октябрьской революции были императорские университеты, театры и т.д., существовавшие автономно, недаром их ректоры, попечители, директора, преподаватели оставили заметный след в российской истории. Работали образовательные и научные учреждения, принадлежавшие ведомствам и существовавшие на их иждивении и под их контролем, но тоже автономно. Наконец, действовали частные учебные заведения (гимназии, училища, вузы), в основном финансируемые меценатами лично или созданными ими благотворительными организациями и фондами.

В первое десятилетие советской власти основные перемены касались формы, а не сути существования научных и образовательных учреждений: например, императорские университеты превратились в государственные и продолжали финансироваться из казны (госбюджета). В основном у них сохранялись академические свободы и автономное существование. С введением НЭПа появились частные культурно-просветительские организации.

Ситуация существенно изменилась к концу 20-х гг.: всё меньше становилось свободы, все больше контроля и репрессий. И значит – всё больше ведомств и чиновников!

На рубеже 20-х – 30-х гг. начались массовые репрессии против интеллектуальной элиты: ученых, преподавателей, студентов, специалистов («Академическое дело», «Шахтинское дело», «Дело Промпартии» и др.). С 1929 г.