Посещения запрещены

Мне сказали, что все палаты по моей стороне – повышенной комфортности, они рассчитаны на 1–3 человек, в некоторых есть отдельный санузел. Обычно в них кладут платников, но сейчас такой период, что мест не хватает и на это уже не смотрят.

Меньше повезло тем, кого поселили в палаты напротив – для бюджетников. Их окна, хоть и такие же большие, выходят на больничный двор и путаную вереницу корпусов. Они рассчитаны на пять человек или больше.

Нас в палате теперь трое. В среду к нам подселили еще одну девочку 18 лет, поэтому теперь первую соседку я буду именовать А.

В момент знакомства К. долго и пристально смотрела на меня, услышав, сколько мне лет. Буквально через несколько секунд она сказала: «Пытаюсь понять, пиздишь ты или нет». После ужина я узнала, что могло бы быть в случае вранья. К. поделилась с нами, что хочет забить стрелку «самой-крутой-девчонке» из-за какой-то фразы, хотя мне показалось, что она просто не так ее поняла.

На самом деле К.

Конечно, это не проблема.

По моему ощущению, когда мы с А. были в палате вдвоем, она была идеально заполнена. С прибытием К. всего вдруг стало много, и ощущение другого человека подошло вплотную к моим личным границам. Но за пределами палаты меня это нисколько не волнует, как не волновало, что она действительно ходила за мной везде, а когда не решалась на это, ее взгляд становился тяжелым и быстро перебегал с одного предмета на другой, так что я звала ее с собой – и она расслаблялась.

К. обычно говорит много и тихо – мы все время переспрашиваем. На следующий день, в четверг, ей привезли модем, и она стала говорить еще больше – только не с нами. Я даже не успела устать от этого, как ее приплющило таблетками, и теперь она все время спит. Серьезно, она встает только ради приемов пищи и бодрствует вечером около двух-трех часов.

Спонтанно в день ее прибытия у нас получился вечер знакомства. Девочки увлеченно рассказывали друг другу про свои попытки суицида, и там не было распиаренных порезанных поперек вен. К. рассказала, как целенаправленно вышла в окно с 9 этажа, когда ей было 12 лет, – ничего себе даже не сломала. «После этого мне очень долго хотелось жить». Они обсуждали, какие пробовали таблетки и в какой дозировке (об этом я, конечно, писать не буду).