Пожар Затмит Солнце

– Олеан? Разве у нас сегодня встреча? – удивленно окликнула со спины Лумиша, Принцесса Тарр, – Радужная Коллегия не предупредила меня!

– О, Принцесса, нет, я здесь просто на отдыхе! – улыбнулся Олеан, – Но, раз уж мы встретились, не подарите ли своему Великому Архонту танец?

– Что же, редко выпадает возможность провести с вами время в неформальной обстановке! – кивнула Тарр и пустилась в пляс.

Папарацци со всех пяти миров (включая саму ПодГрезу) стали вовсю фотографировать этот танец.

Корреспондент в Святом Лете

– Рад принимать тебя здесь, Тесла! Ты первый гость Святого Лета за… да, пожалуй, с тех пор, как мы с Великой Плетельщицей его создали! Горжусь тобой, мой ученик!

– Ну, сам знаешь, Брахман, я тут скорее… по служебной командировке. Увы, Сеть не может войти в Святое Лето из-за…

– Того, что стал Богом-Машиной. Что же, надеюсь, ты опишешь ему всё с характерной для тебя доскональностью.

– Для места, в котором до меня никогда не было гостей, тут довольно многолюдно, – отметил маг.

– Ну… Ему сложно ассоциировать себя с одной персоной.

– Не понимаю?

– Все, кого ты тут видишь – это Единый.

– Ну, я считал, что все, кто в принципе есть в Мироздании – это воплощения Единого, включая нас с тобой. Кстати, а как мы с тобой здесь существуем?

– Ну… смотри, это два сложных и отдельных вопроса. Начну с первого. Мир есть греза. И именно Единый грезит эту грезу.

– Он потерял контроль из-за той истории с Лунным Зеркалом?

– Возможно, хотя я бы расценивал ту историю метафорически. Он узрел свои масштабы и ужаснулся этих масштабов. Ему было сложно принять и признать, что он – все эти маски и декорации. А может, ему было сложно признать и принять, что всех он выдумал, и за пределами грёз лишь пустота? Я пока не раскопал это и не уверен, что раскопаю, хотя изучаю Святое Лето именно с этой целью.

– Изучаешь?

– И вот мы подошли к ответу на второй вопрос. Когда я в поисках единения моей, разорванной выбором и разошедшимися линиями вероятности, души набрел на это место… здесь была одна только пустошь. Единый спал, отключив сознание. Фактически, он почти не существовал, как Единая Воля.