Рядовой для Афганистана – 2

Но зачем султану или шейху социализм?

Мы прилетели в Афганистан, чтобы убивать одних по приказу других, и стать силой добра и справедливости в столице? А может быть, чтобы афганские девушки-студентки бросали букеты роз на борта наших боевых машин? Этого мы не знали. Мы очарованные путешественники во времени и пространстве, несущие на своих маленьких крыльях, бредовые идеи о вселенском мире. Кончим на этом бесплодные юношеские размышления, мы покидаем воздушный корабль и ступаем на чужую землю.

Десантный полковник огромного роста встречает нас внизу у трапа серебристого самолета и каждому прибывшему новобранцу крепко жмет правую руку, приговаривая:

– Поздравляю, гвардеец! Поздравляю с прибытием! Поздравляю, боец… – повторяет он эти монотонные фразы, словно старинную индийскую мантру.

Мы строимся у самолета в колонну «по три» и шагаем за нашими командирами в расположение воздушно-десантной дивизии.

Местные пацаны машут нам руками, бросают в наш строй маленькие камешки и предлагают наперебой какой-то «чарлик» и еще «нос».

Вечная горная пыль поглощает наши очертания, оставляя за нами только образы наших детских воспоминаний. Многие из нас уже мечтали о алых розах на бортах боевых машин, но далеко не каждый из нас думал и о своей смерти в черных горах.

Часть I. Пережить август в Кабуле

Глава I. В древнем городе

В августе 1985 года в Кабуле стояли жаркие и солнечные дни. Над огромным глинобитным городом, утопающим в зелени фруктовых садов, поднимались, словно белые птицы – воздушные лайнеры и несли пассажиров в различные уголки света.

Мусульмане, страждущие увидеть ботаническое чудо направлялись в райские сады Баги-Бабура, основателя империи Великих Моголов. Это был фантастический по красоте парк, населенный фруктовыми деревьями со всего света, порой невиданными для жителей горного Афганистана и описанный, пожалуй, достоверно в сказках о «Маленьком Муке».

Смуглый и худощавый подросток – афганец, лет четырнадцати, направлялся домой от городского продовольственного рынка. За ним следовал его закадычный друг, мальчик лет десяти или двенадцати. Старший толкал впереди себя небольшую телегу, на которой лежали два мешка с сыпучими крупами и мешочек поменьше с сахаром.