Рядовой для Афганистана

А ты сам-то, в какой роте, быстрей рассказывай! Как у вас «деды», боевые? – спросил я и стал торопиться.

– А чо, «деды»… нормальные «деды». Попал я в ремонтный взвод, будем радиостанции ремонтировать, которые повредятся во время боевых. О, взводный у нас прикольный, анекдоты нам вечером рассказывает. Мы ржем. Ха, кадр, в общем, прапорщик Д-д-д-дрозд! – засмеялся Славка и запрыгнул на ближайшие брусья.

– Взводный прапор? Что за фамилия у него странная? – поинтересовался я.

– Фамилия обычная – Дрозд. Просто, когда он говорит, то сильно заикается, контуженый на всю голову.

Его машина подорвалась вдребезги, а он цел. Дали ему «За Отвагу». Осталось ему здесь полгода, потом предупредили, что сразу спишут из ВДВ, из-за сильного заикания. Он не хочет, поэтому пишет рапорт, чтобы еще на два года в Афгане оставили. Даже расплакался, кому я, говорит, нужен такой на гражданке. Даже учителем в школу не возьмут, или завхозом. Мужик хороший, добрый. Прикинь, Санек, он мечтает здесь познакомиться с афганочкой и остаться жить здесь с ней. Если, конечно, Афган станет новой республикой в составе СССР.

– Слушай, а наш прапорщик, он же старшина роты, тоже контуженый – после подрыва, но тут все наоборот. Диагноз – псих и садист. Мы с Витьком его ненавидим.

– Да, со старшиной вам не повезло. Посмотреть бы на него, – сказал Четкин и ловко спрыгнул с брусьев.

– Нет, ерунда, пустое… тут все сложнее, абсолютно чужая страна, воздух не такой как в Фергане… Я в смысле – присоединить к Союзу, – поразмыслил я и продолжил, – Славик, а «деды» молодых бьют, то есть вас? – спросил я в надежде услышать горькие вещи и посочувствовать другу.

– Какие «деды», во взводе всего восемь десантников из них нас молодых трое, еще два «черпака». Вот и осталось три «дедушки», они ребята технари, все сержанты. Им надо нас всему научить, а самим свалить на дембель. Дрозд неуставные разборки тоже не любит.

– Ух ты, а нас уже немного отбоксировали, борзые они! Их больше двадцати, а нас двое – Витек «Кинжал», и я. Я думаю, это наш прапор этот бардак поощряет.

– Гее, ладно, не кисни, Шурик! Главное, мы в батальон попали по специальности! Будь!

– Давай, я зайду к тебе в роту, – ответил я и стукнул кулаком, по-дружески, Славика в плечо.

– Хоп бача!

– Это что значит, Славка?

– Все нормально, значит, по-местному – по афгански… – крикнул Славка и убежал догонять своих.

Его поджарая и треугольная спина выдавала в нем спортивного парня, что редкость для избалованного москвича.