Рядовой для Афганистана

Я доложил старшему лейтенанту Семенову, который уже пил чай с баранками, об успешном выполнении прыжка и отправился на обед в расположенную по близости походную кухню. Повар отвалил в мой котелок огромную порцию гречневой каши с тушенкой, выдал масло, налил в кружку сладкого горячего чая и предложил хлеба столько, сколько смогу съесть.

– Боец, смотри внимательнее! – улыбнулся повар.

– А что? – не понял его я.

– Стропу не проглоти!

– В каком смысле?

– Улыбка очень широкая, не ровен час, купол в рот залетит!

– Серьезно?

– Так говорят.

– Спасибо, конечно! А у тебя сколько прыжков? – поинтересовался я и отпил немного чая.

– Ох-ты, шустрый какой! Между прочим, я старшина сверхсрочной службы, в десанте уже четыре года. И у меня уже целых сорок пять прыжков. Есть и ночные, а это братан, не днем прыгать. Как филин летишь, когда ноги ставить к приземлению не видно.

– Круто, и что все годы на кухне кашеварите товарищ старшина? Все четыре года?

– Конечно, а что плохого? Солдата кормить надо, десантник, он пожрать горазд.

– А домой когда собираешься?

– А чо я там делать буду! Здесь я уже привык и зарплата не хилая.

– А, где живешь? Вкусно, блин, готовишь, – все не унимался я.

– Спасибо, ку-щяй, поправляйся, – улыбаясь, с акцентом сказал повар. – Живу я в Фергане, почти на границе с Афганистаном. Домой не хочу, я семью кормлю: отца, мать, сестер и маленького брата.

– Хрен с ней, с зарплатой. Не боишься, там ведь не санаторий, раз десантуру посылают?

– Честно? Боюсь, очень! Вообще не люблю войну, ненавижу! А ехать надо, служить, выполнять интернациональный долг. На свадьбу копить, на калым. Знаешь, какая у мэнэ невеста? У-у, мой персик, сок Ферганской долины. А если убьют, что ж, плохо будет всем, очень плохо.

– Тебя не убьют, – тихо сказал я и приступил к поеданию каши.

– Почем знаешь?

– Кто тебя убивать станет? Ты и басмачам обед сваришь, да такой, что все довольны будут!

– Э-э, зачем так говоришь? – слегка обиделся повар.

– Шучу я, хороший ты мужик, за что тебя убивать-то? У тебя и тюбетейка, наверное, есть?

– Конечно, и не одна. Почему спросил? Масло еще хочешь? – улыбнулся повар.