«Кто ты?». Часть 2

Он извинился, что вёл деятельность против меня, рассказав о том, что был у доцента дома, и о других неизвестных мне действиях, которые он предпринимал, чтобы завалить меня на экзаменах. Затем он досконально рассказал, как выбивал у Министерства эту вакансию, как договаривался со всеми, от кого зависело, что на это место поступит именно он. Для этого ему приходилось кое-кому платить, и даже довольно значительные суммы. Он честно признался, что никогда не имел особого влечения к науке и заниматься ею не собирается, а аспирантура нужна ему для формальности, для того, чтобы закрепиться на руководящих должностях, так как у него семья и двое детей, и ему надобно обеспечить их будущее.

– Я, конечно, понимаю, что ты намного грамотнее меня, – продолжал он, – и я уступил бы тебе это место, если бы не одно обстоятельство. Дело в том, что через два месяца мне исполняется сорок пять лет, после которых меня ни в какую аспирантуру не примут. Вот я и пришёл к тебе посоветоваться, как мне быть?

То, что он рассказывал, было правдой, и по всему вытекало, что только он один имеет моральное право занять эту вакансию.

Я это понимал и поэтому спросил:

– Вы договаривались с преподавательницей английского языка насчёт оценки?

– Да, – ответил он, – она обещала поставить мне тройку, и этого мне достаточно, чтобы поступить.

– Давайте договоримся так, Сабир, – сказал я ему. – Вы решили вопрос с преподавательницей английского языка, и она вам ставит положительную оценку.

Я же в английском не так силён, как по другим предметам. Может быть, я и не сдам экзамен. Чего заранее беспокоиться? Но если я сдам этот оставшийся предмет, я пойду к директору и попрошу, чтобы он перевёл меня в другое место. Я слышал, что по разведению животных на три места остался только один человек. Я попрошу его перевести меня туда, я могу и экзамен по разведению сдать. Все эти предметы я неплохо знаю.

– А если он не согласится? – спросил Сабир.

– Если он не согласится, я забираю свои документы – и прощай исследовательский институт. Мне двадцать три года, успею ещё. Устраивает вас это?

Он заметно повеселел.

– Я могу быть уверен в этом? – спросил он.

– На сто и более процентов, – ответил я.

– Вы настоящий человек, Чингиз. Век не забуду.

Он полез во внутренний карман пиджака и со словами «ты недавно работаешь, наверно, туго с финансами» положил на стол несколько купюр.