Застенчивый мотив крови

И меня предупредили, что вы один из самых известных ученых в этом институте. Можно один личный вопрос, до того как мы начнем интервью?

– Хотите узнать, сколько мне лет? – улыбнулся Намазов.

– Мне интересно.

– Много, – вздохнул он, – сорок семь. Вам кажусь старым динозавром.

– Не кокетничайте, – полушутя произнесла она, – вы хорошо сохранились для своего возраста. Занимаетесь спортом?

– В молодости играл в волейбол, – вспомнил он, – но сейчас уже давно не играю, хотя форму пытаюсь сохранить.

– У вас почти нет седых волос и отсутствует «пивной животик», – весело добавила Майя.

– Спасибо, – ему были приятны ее слова, – давайте ваши вопросы. Постараюсь ответить на них максимально честно. В пределах возможного…

Потом было интервью. Он действительно рассказывал ей довольно обстоятельно, не забывая о важности сохранения секретности некоторых моментов, которые он сознательно обходил. Ему было приятно видеть ее внимательный взгляд, отвечать на ее вопросы. Через час все закончилось.

– Благодарю вас, – она убрала магнитофон в сумку, – обещаю прислать вам это интервью на визу.

– Это не только мне, – признался Намазов.

– Я знаю, – кивнула Майя, – можно еще два личных вопроса?

– Давайте. Только потом я задам свои, – неожиданно для самого себя сказал он.

– Вы москвич?

– Уже много лет москвич. Я приехал сюда в семнадцать лет, поступать в МВТУ имени Баумана. А так как у меня была золотая медаль, то сразу после сдачи первого экзамена меня приняли. В восемьдесят шестом я получил распределение на работу в наш институт и уже двадцать пять лет здесь работаю, – вспомнил Максуд.

 – Сначала был младшим научным сотрудником, потом старшим, защитил кандидатскую, докторскую. Все как обычно. А какой второй вопрос?

– Вам не кажется, что в этой постоянности есть нечто от конформизма? – неожиданно спросила она. – Согласитесь, что столько времени работать в одном институте, когда за окнами меняются режимы, распадаются страны, происходят такие потрясения… А вы сидите здесь с восемьдесят шестого года.

Только не обижайтесь на мой вопрос. Мне самой интересно. С вашим талантом и знаниями, да еще разрабатывая такие уникальные военные темы, вы могли стать очень обеспеченным человеком на Западе.

– Я никогда об этом не думал, – признался Намазов, – мне всегда нравилась моя работа, даже тогда, когда я получал здесь восемь долларов в месяц. В девяносто втором такая зарплата у нас была. Ничего, как-то смогли выжить. Хотя тех, кто ушел, я не осуждаю.