Закон негодяев

 – Курбан неплохо знал русский еще по армии и не забыл его в этих горах.

Шедшие следом двое людей, явно азербайджанцы, подошли поближе. Один был маленький, юркий, с бегающими глазами, постоянно улыбавшийся. Другой был среднего роста, коренастый, с густыми черными усами.

– Аллейкума салам, – поздоровался черноусый.

– Ваалейкума салам, – ответил Курбан, – садитесь, гостями будете.

– Спасибо, отец. – Они, видимо, шли издалека. – Далеко отсюда до границы?

– Нет, один день пути, – спокойно ответил Курбан.

В горах нельзя задавать лишних вопросов, он это хорошо знал и поэтому не спросил, зачем незнакомцам граница. Но как ему не нравились двое последних! Они, правда, молчали, отводя глаза, но он явно ощущал их смятение. «Почему они так волнуются? – удивился про себя Курбан. – Один из них кажется мне знакомым. Где я мог его видеть?»

– Скажите, – теперь снова обращался старший, говоривший на русском, – впереди есть какие-нибудь посты?

Он снял свою фуражку, под которой была огромная лысина, и, достав носовой платок, начал вытирать голову.

– Не знаю, дорогой, – пожал плечами Курбан, – война идет. Может, есть, а может, и нету.

Ох, как ему не нравились двое последних незнакомцев, даже не смотревших в его сторону!

– Ладно, – махнул рукой черноусый, – будь здоров, чабан, до свидания. Нам еще долго идти. А ты что, один пасешь свое стадо, не страшно?

– Я не один, – спокойно возразил Курбан, заметив, как насторожились сразу все пятеро, – у меня трое друзей.

Шайтан и его братья.

Он ласково потрепал огромного волкодава за уши.

– Да, конечно, – засмеялся черноусый, – это настоящие помощники. Пойдем, – кивнул он своим спутникам.

И вдруг один из все время молчавших незнакомцев как-то резко поправил автомат и повернулся в сторону Курбана. И он сразу узнал этот характерный нос, эти губы, эти глаза. Перед ним стоял Армен, сын Вазгена, в доме которого он много раз бывал до этой проклятой войны.

– Армен, – непослушными губами произнес Курбан.

Парень замер, не решаясь повернуться в сторону чабана. Рядом кто-то передернул затвор автомата.

– Черт бы тебя побрал, старик, – с явной угрозой произнес черноусый, – напрасно ты узнал его.

Курбан обернулся. Он ничего не понимал. Внизу, в долине, шла ожесточенная война вот уже пятый год. И недавние братья-соседи – армяне и азербайджанцы – убивали друг друга, стараясь превзойти врага жестокостью и коварством.