Закон негодяев

Неизвестно каким образом, но Морозову удалось достать такую лампу, и он этим чрезвычайно гордился.

– Присаживайся, – показал на стул Морозов, чуть отодвинув стакан.

Чижов послушно сел на один из кожаных стульев, стоявших в кабинете прокурора.

– Читал твое сообщение, – коротко сообщил Морозов, – ничего, правда, не понял. Пишешь, как всегда, нечетко и неконкретно. Но вот кого убили, я сразу понял. Тут я даже позвонил кое-куда. Ты знаешь, какого масштаба был человек?

Это было любимое выражение Морозова.

Чижов подавил улыбку.

– Догадываюсь. Раз вор в законе и такой авторитет.

– Ничего ты не догадываешься, – махнул рукой Морозов, немного нахмурившись, – это был очень известный деятель. Очень, – снова подчеркнул он.

– Мне Михеев говорил, – кивнул Чижов.

– Кто такой Михеев. – Прокурор явно не любил строптивого начальника уголовного розыска. – Он сыскарь. Его дело – поймал, пострелял, забрал, арестовал. Твое дело думать. Это сложнее. Ты даже не представляешь, какого человека убили, – снова сказал прокурор.

На этот раз Чижов промолчал, и Морозов уже более благосклонно продолжал:

– Мосешвили был одним из самых богатых и известных людей Грузии. Так мне сказали о нем в московском правительстве. Они уже знают об убийстве. Сегодня вечером об этом напишут все газеты. Ко мне звонили с телевидения – спрашивали, кто ведет расследование. Я сказал, что лично возглавляю штаб по расследованию этого скандального убийства.

Это было вполне в духе Морозова.

«Вот влип», – с огорчением подумал Чижов.

– Михаил Мосешвили был не просто вором в законе, – продолжал прокурор, – он был одним из тех, кто помогал Эдуарду Шеварднадзе прийти к власти три года назад. Потом, правда, они не поладили и он переехал в Москву. Мосешвили дружил с самыми известными артистами, художниками, композиторами. Ты с утра что-нибудь такое выяснил?

– Я написал рапорт, – попытался оправдаться Чижов, – мне было неизвестно, кому вы поручите это расследование.

– Рапорт, – махнул рукой Морозов, – отписаться вздумал. Здесь такое убийство, а ты – рапорт. Я уже с утра сам веду свое расследование. Хотя, между прочим, не обязан этим заниматься. А ты говоришь – рапорт. Это легко так работать. Отписался, и все. Нет, нужно думать, уметь видеть главное.

Сам Морозов считал, что он умеет видеть главное, и поэтому теперь поучал своего следователя.