Взгляд Горгоны

И вы убеждены, что ни один из них не мог взять эти фотографии.

– Абсолютно убежден. Охранник, который сидит у ворот, не должен никуда отлучаться. У него даже будка туалета рядом поставлена. Он обязан быть постоянно на своем месте. А Саша отправился помогать Акопу. Именно поэтому рядом со мной никого не оказалось в тот момент, когда я разговаривал с Виктором.

– Тогда перечислите мне своих родственников, которые в этот момент находились в вашем доме, – попросил Дронго.

– Моя мать, – ответил Горбовский, – жена, брат, дочь, сын, няня дочери и супруга моего брата.

– Значит, если исключить вашу дочь и обслуживающий персонал, на даче в момент смерти Виктора было еще шесть человек?

– Шесть, – вздохнул Горбовский, – и кто-то из них видел мою стычку с шантажистом. Затем, когда я ушел, этот человек достал фотографию из кармана убитого и прислал мне это страшное письмо. Вы понимаете мое положение? Я вынужден подозревать кого-то из самых близких мне людей.

Моя мать? Мой брат? Жена? Сын? Это же с ума можно сойти. Жить не хочется. Я даже не знаю, как мне реагировать на подобное письмо. Сегодня истекает третий день. Я за эти дни столько передумал. И принял решение прийти к вам. Мне не денег жалко, один миллион я соберу. Мне нужно знать, кто из моих близких на такой шантаж пошел. Я ведь теперь никому из них не доверяю. Просто с ума схожу.

– Вы сказали, что в доме было шесть взрослых людей, – напомнил Дронго, – ваша мать, жена, брат, его супруга и ваш сын. Итого пятеро. А шестая была няня вашей дочери. Она ведь не является вашей родственницей?

– Даже ближе чем родственница, – неожиданно произнес Горбовский, – ее я бы исключил из этого списка.

– Как это исключили? – не поверил услышанному Дронго. – Остальных бы оставили, а ее исключили? Погодите, но она ведь не ваша родственница… Хотя вы сказали «даже ближе».

– Я не люблю этого слова, – признался Горбовский, – но это на самом деле так. Ей тридцать два года, и она только недавно вернулась из Франции. Совершенно потрясающая женщина. Так получилось, что мы стали близки. Я понимаю, как это некрасиво, но ничего не мог с собой поделать. Знаете, почему бы я ее исключил?

– Потому, что на снимках она была с вами? – неожиданно ответил Дронго.

Горбовский вздрогнул. Изумленно взглянул на Дронго.