Выбери себе смерть

Сначала разговор шел о пустяках. Колчин расспрашивал Орлову о ее жизни, обещал помочь с пенсией Бахтамова. Они, правда, не успели зарегистрироваться, но по еще бывшим советским законам при ведении совместного хозяйства можно было рассчитывать на пенсию погибшего друга.

– Скажите, Клавдия Николаевна, – спросил вдруг Колчин, – в прошлый раз вы говорили мне, что знали о связях вашего мужа, – он называл Бахтамова все время только так, – и некоторых чеченцев. Вы сами присутствовали на их встречах?

– Присутствовала, – подтвердила женщина низким голосом, – приходили.

– А вот эти бланки платежных поручений, которые мы у вас нашли, вы раньше видели?

– Не помню, – удивилась Орлова. – Вы тогда спросили: это ваши? А я в бумагах его не разбиралась, царство ему небесное, строгий был человек, не любил, когда трогали его вещи. Ну, коли из моего дома вышли, стало быть, мои. Я и сказала, что наши.

– А вы до этого таких бумаг не видели?

Орлова снова внимательно посмотрела на бумаги.

– Если подумать, нет, кажись, не видела.

– У вас был кто-нибудь дома после смерти вашего мужа?

– Все были, – удивилась женщина, – народу пришло немного, но люди были. Его друзья, мои родные, дети. Я от детей ничего не скрывала. Хороший человек был.

Она уже готова была пустить слезу, когда Колчин выхватил фотографию, полученную утром из Минска.

– А вот этот человек к вам не приходил?

Орлова долго рассматривала фотографию Иванченко.

– Нет, – убежденно сказала она, – никогда его не видела, никогда не приходил. Это точно.

– В прошлый раз вы сказали, что ваш муж несколько раз встречался с Умаровым. Как они договаривались о встрече?

– Звонили и договаривались, – удивилась женщина.

– Кто звонил обычно первым? Ваш муж или Умаров?

– Муж звонил. Этот чеченец не посмел бы звонить, да у него и нашего телефона не было. Просто он приезжал, когда муж его вызывал.

– Вашего мужа убили прямо в подъезде дома.

– А кто же еще? – удивилась женщина. – Кто, кроме них, окаянных, решится на такое? Они, точно они.

– Но соседи никого не видели, только слышали выстрелы.

– Мне Умаров сказал еще на похоронах, – вспомнила вдруг женщина, – жаль, мол, Бахтамова, хороший был человек. А этот подлец Хаджиев кого хочешь может убить.

– Он вам сказал, что это сделал Хаджиев? – насторожился Колчин.