Всегда вчерашнее завтра

В свою очередь, и сам Дронго охотно прибегал к помощи старого знакомого, который жил на весьма скромную пенсию бывшего полковника КГБ и не мог бы помогать семье своей дочери, если бы Дронго исправно не выплачивал ему часть своих гонораров.

– Какая помощь? – спросил Владимир Владимирович.

– В КГБ летом девяносто первого была создана специальная оперативная группа под руководством полковника Савельева, которая действовала в Литве. Речь идет о вывезенном архиве, который не дошел до Москвы. Мне нужно знать, во-первых, кто именно входил в его группу и, во-вторых, не было ли у него близких друзей в группе советских войск в Германии.

– Только это? – уточнил Владимир Владимирович. – Я думал, ты попросишь по меньшей мере списки агентуры нынешней российской разведки во всех странах Прибалтики.

– Это примерно одно и то же, – пробормотал Дронго.

– Ладно, – согласился его собеседник, – постараюсь что-нибудь сделать. Завтра вечером позвони.

– Спасибо. – Он положил трубку. Теперь ему оставалось ждать завтрашнего вечера.

Утром он поехал по указанному адресу. Обычный московский дворик. На скамейке сидели две старушки, во дворе играли дети. Ничто не указывало на трагедию, которая произошла здесь несколько месяцев назад. Он прошел в подъезд, поднялся на третий этаж. Убедившись, что звонок не работает, осторожно постучал. За дверью никто не ответил. Он постучал снова, на этот раз сильнее.

Дверь медленно открылась.

«Проклятая профессия, – подумал Дронго, – приходится мучить вдову после такого горя».

– Добрый день, – вежливо сказал он, – извините, что я вас беспокою. Здесь жил полковник Лякутис?

– Да, – равнодушно ответила женщина, – он жил здесь.

– Я его бывший сослуживец, – соврал Дронго. – Можно войти?

– Входите, – так же равнодушно сказала она, пропуская гостя внутрь.

Квартира выглядела сиротливо, словно сама жизнь покинула это жилище. Он прошел в столовую, сел за стол. Она села напротив, устало положив руки на стол.

– Как вас зовут? – спросила женщина.

– Полковник Савельев, – чуть поколебавшись, представился он, внимательно следя за реакцией женщины. На нее это не произвело никакого впечатления, словно она впервые услышала такую фамилию. Покойный Лякутис не посвящал жену в свои служебные проблемы.