Волшебный дар

– Вчера приехали мои друзья из Варшавы, – сказал он обращаясь к портье, – в каком номере они остановились?

– Вы ошибаетесь, сеньор, – улыбнулся немолодой портье лет пятидесяти, – они остановились в двух соседних номерах на третьем этаже. Там же, где и вы. Рядом с вашим номером. Нужно им что-то передать? Кажется, я видел, как они прошли в зал перед гриль-рестораном. Разве вы их так не заметили?

– Какой глазастый портье, – разочарованно подумал « Дронго», – наверно, я не обратил внимание, – пробормотал он.

– Да, – улыбнулся портье, – меня все спрашивают об этой паре. Многие считают, что они муж и жена. Но я думаю, что всех интересует скорее женщина, чем мужчина.

– И многие о них спрашивали? – насторожился Дронго.

– Многие, – уклонился от ответа портье.

– Какой молодец, – восхитился Дронго, – настоящий сукин сын.

Он достал пятидесятидолларовую бумажку.

– В нашей стране любят другие зеленые деньги, – очень тихо сообщил портье, – мы перешли на евро.

– Зеленные деньги? – не понял Дронго, – обычно «зелеными» называли доллары.

– Она мне больше нравиться, – доверительно сообщил портье, принимая деньги, – кроме вас, этой парой интересовались адвокат Карнейро, наш французский гость мсье Брюлей, сеньор Сарычев, мистер Фармер.

– Интересный список, – пробормотал Дронго, – надеюсь, что когда вам заплатят еще одну бумажку такого цвета, вы забудете назвать им мое имя.

– Лучше получить ее немедленно, чтобы я сразу забыл ваше имя, – сообщил довольный портье.

– Как он мне нравится, – в который раз восхитился « Дронго», доставая вторую купюру, – как вас зовут? Вы португалец?

– Мои предки – выходцы с Азорских островов, – улыбнулся смуглый портье, уже предвкушая вторую бумажку, – меня зовут Жозе Монтейру.

– Вы очень сообразительный человек, – кивнул Дронго, – но я думаю, что вторую купюру мне лучше сохранить у себя.

Он сделал эффектный жест и спрятал купюру в карман. Портье шумно выдохнул воздух и неожиданно улыбнулся, показывая свои зубы.

– Вы настоящий психолог, сеньор, – восхищенно сказал он, – я бы все равно никому про вас не рассказал. Даже без денег. Остальные платили гораздо меньше. Карнейро и комиссар Брюлей не дали ничего, Фармер дал только пять долларов, а Сарычев десять.