Тоннель призраков

Нужно было подняться на второй этаж, отстоять достаточно длинную очередь к пограничному контролю, проверявшему наличие билета и визы. Лишь после этого можно было выйти через второй верхний этаж к перрону, на крайние левые пути, огороженные решетками, откуда отправлялись поезда на Лондон. Зачастую контроль проводился формально, проверялись лишь билеты, тогда как на визы и паспорта не обращали внимания. И все же контроль иногда проводился выборочно. Дронго появился на Северном вокзале за час до отправления. Успел выпить чай в вокзальном ресторане и неспешно поднялся на второй этаж, чтобы встать в очередь.

– Мама, мы опаздываем, – услышал он крик молодой девушки.

– Простите, – мимо него прошла полная женщина, едва не сбив его с ног. Носильщик, погрузивший на свою тележку сразу три больших чемодана, едва поспевал за ней.

– Вечно ты торопишься, – недовольно проворчала задыхающаяся матрона.

– А если нас проверят? – с тревогой спросила девушка.

– Тебе же объясняли, что на поездах не бывает проверок.

– Тише, мама, – с опаской оглянулась долговязая девица, – нас могут услышать. Ты же знаешь, сколько наших сейчас шастает по Европе.

– Не учи ученого, – огрызнулась матрона, тяжело дыша, – я ведь говорила, что нам лучше подождать его в Париже.

Брючный костюм темного цвета не только не скрывал полноту пятидесятилетней матроны, но, напротив, подчеркивал все недостатки ее расплывшейся фигуры. Дочь мало чем походила на мать – как фигурой, так и лицом, – длинный, несколько непропорциональный нос и большие печальные глаза. Девушка постоянно оглядывалась на мать, словно боясь опоздать на поезд.

– Нужно было держаться всей группы, – бормотала девушка, пробираясь вперед, – кажется, они впереди.

– Слава богу, – обрадовалась мать, – значит, все в порядке.

От начала очереди к ним пробивался молодой человек, облаченный в модный бежевый костюм с тремя пуговицами. У него были светлые волосы, чуть выступающий вперед подбородок, голубые глаза. Если бы не острый подбородок, его смело можно было принять за актера на роль главного героя в какой-нибудь романтической ленте.

– Андрюша, – обрадовалась мать, – как хорошо, что мы вас нашли.

Это, очевидно, Андрей Кунин, понял Дронго.