Третий вариант

И по-прежнему любит своих чертовых канареек. Их у него несколько клеток, словно птички создают ему необходимый фон для разговора. Меня два раза проверяли, причем так тщательно, словно это я напросился к Глухарю, а не он искал меня, отправляя в Леньки своих гонцов.

– Ну, здравствуй, Левша, – говорит Глухарь, сидя в своем кресле. – Я всегда подозревал, что ты свалял дурака тогда, у канала: чтобы обмануть наших сыщиков, разыграл свою смерть.

– Если ты такой умный, чего молчал столько лет? – спрашиваю я, усаживаясь напротив хозяина.

– А зачем кричать? Ты у нас как золотой запас. Я ведь чувствовал, что Савелий ловчит. Но до поры до времени не хотел тревожить. Думал, вызову тебя только на очень важное дело.

Ну что ему сказать? Все рассчитал правильно. И вызвал меня в нужный момент. Не люблю разговаривать с такими мерзавцами. Он скользкий, как угорь, и всегда может выскользнуть из рук.

– Зачем позвал?

– Какой нетерпеливый, – смеется Глухарь, – ты всегда меня не любил. А я вот о тебе подумал, решил вызвать на такое важное дело.

Меня всегда занимало, как это ты свои убийства придумываешь. Прямо гений настоящий. А по виду не скажешь. Это ведь ты Француза убрал в Америке? У него такая охрана была, столько людей, а ты его убрал.

Я делаю движение рукой, чтобы возразить, но он лениво отмахивается.

– Не спорь. Я ведь точно знаю, что это ты. Тогда Лазарь искал тебя по всему миру. И в аэропорту ждали. А ты всех обманул. Как тебе это удалось, до сих пор не могу понять.

Он говорит, а я пытаюсь сообразить, к чему это дурацкое вступление. И, кажется, начинаю понимать, когда Глухарь наконец сообщает:

– Ко мне клиенты обратились. Очень значительные люди. Просят найти им стоящего профессионала. И деньги хорошие предложили. Огромные деньги. Неслыханные. Я сразу подумал, что настал твой черед. И поехал разговаривать с Савелием. Сказал он тебе про сумму?

– Миллион долларов? – хрипло уточняю я.

– Да, – улыбается Глухарь, – целый миллион долларов.

Савелий, как только эту сумму услышал, так и подпрыгнул. И адресок твой собственноручно начертил. И записочку для тебя передал. Но, я думаю, ты на него не в обиде?

Я молчу. Вступать в бессмысленный спор мне ни к чему. Пусть выскажется.

– Им нужно найти одного человечка, – говорит Глухарь, – и они хотят, чтобы его нашел ты.

– Его нужно найти или… – уточняю я. И он меня понимает.

– Нет, только найти. Найти и сообщить, где он находится. Вот и все.