Стиль подлеца

Он снял трубку телефона и быстро пробормотал в микрофон несколько едва слышных фраз. На стойке уже лежала стодолларовая купюра.

– Вы так внимательны, – льстиво сказал Дронго.

Глаза у портье превратились в две небольшие щели. Он облизнул губы и кивнул головой, протягивая руку.

– Письмо искать? – хрипло спросил он.

– Конечно, – улыбнулся Дронго. – Я думаю, оно обязательно придет.

Он отошел в глубь холла, устраиваясь в глубоком кресле. Через минуту рядом с портье появился высокий, несколько грузный малый лет тридцати пяти – сорока.

– Кто меня спрашивал? – спросил Гогуладзе.

Портье кивнул, показывая на Дронго.

– Это вы меня спрашивали? – с не очень заметным кавказским акцентом спросил Гогуладзе.

«Очевидно, он провел большую часть своей жизни в Москве или в другой точке России, – подумал Дронго. – Родившиеся в Тбилиси дети, которые учились говорить на грузинском, никогда потом не могут избавиться от характерного акцента, переходя на русский, даже если этот язык становится для них основным».

– Добрый день, – поднялся навстречу Михаилу Дронго, – я хотел бы с вами немного побеседовать.

– Что вам нужно? – спросил здоровяк, мрачно взглянув на незнакомца.

– Мы могли бы где-нибудь поговорить? – повторил Дронго свой вопрос.

– О чем это?

– У меня есть к вам интересное предложение.

– Идем за мной, – согласился Михаил, показывая куда-то за спину портье.

Они прошли через холл, вышли в небольшой коридор, и Гогуладзе толкнул дверь, приглашая войти в маленькую комнату. Комната была пуста. Вдоль стены выстроились стулья. На журнальном столике стоял телефон.

– Какое у тебя дело ко мне?

– Мой друг просил передать вам триста долларов, – будничным голосом сообщил Дронго, доставая три стодолларовые бумажки.

– За что? – коротко спросил Михаил.

– Мне нужно узнать у вас некоторые подробности.

Он даже не посмотрел на деньги. Только в лицо незнакомцу.

– За три сотни «зеленых» купить хочешь? Дешевку нашел, да?

– Нет, нет, – поспешил успокоить его Дронго, – я не хотел вас обидеть. Может, мой друг обещал вам большую сумму? Вы скажите, я заплачу за него. Сколько? Пятьсот, тысячу?

– Хороший у тебя друг, – уже более спокойно сказал Гогуладзе, – ладно, посмотрим, что ты хочешь. Ты сам грузин?

– Нет. Но грузинский немного понимаю.

– Тогда скажи, что тебе нужно.