Совесть негодяев

Появился запыхавшийся капитан Перцов. Он проводил следственный эксперимент по другому делу и только полчаса назад узнал, что нашли наконец автомобиль, сбивший Чешихина.

– Милиция, как всегда, опаздывает, – добродушно сказал Пахомов. Ему было приятно, что машину нашел Чижов.

– Извините, Павел Алексеевич, – Перцов полез вниз.

– Что-нибудь нашли? – крикнул Пахомов сверху.

– Пока ничего, машина сильно обгорела, – ответил Чижов. Комаров достал сигареты, присел на корточки.

– Может, мне тоже туда спуститься? – предложил он.

– Думаешь, без тебя не обойдутся? – усмехнулся Пахомов, но ничего больше не сказал. Комаров улыбнулся, но не стал спускаться вниз.

Криминалисты возились внизу минут тридцать, потом начали осторожно подниматься, последними выбрались Перцов и Чижов.

– Ничего не нашли? – понял Пахомов.

– Ничего, – развел руками Чижов. Ему было особенно обидно, он так гордился своей находкой.

– Оформите протокол и привезите в прокуратуру, – строго приказал Пахомов.

 – Я буду ждать.

– Подождите, – сказал вдруг Комаров, – нужно осмотреть местность вокруг ямы.

– Здесь? – не понял Чижов, показывая рукой вокруг.

– Они ведь должны были поджечь машину. Могли остаться какие-то следы, – предположил Комаров.

«Он прав», – с досадой подумал Павел Алексеевич.

– Обязательно нужно поискать вокруг, – сказал он вслух, – может, что-нибудь обнаружите.

– Хорошо, – кивнул Чижов. К своей машине Пахомов и Комаров возвращались вместе.

– Найденная машина уже результат, – сказал Комаров. – Значит, Чешихина сбили преднамеренно.

– Я был в этом убежден, – кивнул Пахомов, – но оба дела мне объединить не разрешили. Да и не только эти дела. Ты слышал о покушении в день похорон?

– На Багирова? Об этом даже передавали по телевидению. Но многие считали, что это типично мафиозные разборки, – вспомнил Комаров.

– Таких совпадений не бывает, – твердо произнес Пахомов, – покушение на него связано с убийством Караухина.

Вот только никакой связи я пока доказать не могу. Да и дело о покушении на Багирова ведет Варнаков, наш другой следователь. Мне его не дали. А я убежден, что все эти дела нужно объединить в одно. Варнаков молодой, неопытный. Кроме того, на него легко давить, он еще не освоился с правилами игры. Вот поэтому и разрешил самому главному свидетелю – самому Багирову – уехать на лечение в Англию. Я бы ни за что не разрешил ему выехать из страны.