Символы распада

Он разозлился не потому, что Финкель и Архипов сумели так быстро обнаружить способ хищения зарядов. Его больше всего злило то, что само хищение подтвердилось и теперь было ясно, что контейнеры стояли пустыми почти два месяца. Он с ужасом подумал, куда могли деться ЯЗОРДы за это время. Докладывать в Москву о том, что заряды похищены два месяца назад, а обнаружено это только в начале августа, означало подписать самому себе немедленную отставку. Но и не докладывать тоже невозможно. Оставалось только выяснить все обстоятельства хищения до конца.

Через пятнадцать минут нашли руководителя смены техников, мрачного, неразговорчивого мужчину лет пятидесяти. Когда он вошел в кабинет, Земсков, не сдержавшись, закричал:

– Это вы работали десятого июня? Ваша была смена?

– Не помню, – с достоинством ответил тот. – А почему вы кричите?

Академики с удивлением посмотрели на сорвавшегося генерала, и тот вспомнил, что обязан сдерживаться, хотя после подтверждения самого факта хищения это было очень трудно.

– Извините, – выдавил он, – у меня нервы шалят. Скажите, это ваша смена работала десятого июня?

– Нужно проверить, но мне кажется, что моя. Как раз Глинштейн и Суровцев за день до своей нелепой гибели попросились в смену. Они согласились сопровождать наш груз. Я даже удивился, ведь обычно подобного никогда не случалось.

– Они попросились именно десятого? – привстал со своего места Земсков. Рассуждения академиков находили более чем убедительное подтверждение.

– Нет. Они просили об этом еще за день или за два, чтобы успеть получить «добро» руководства. Я даже докладывал Кудрявцеву, и он тоже удивился.

– Вы знали об этом? – обернулся генерал к Кудрявцеву.

– Да, – смущенно кивнул тот. – Просто я совсем забыл об этом. Они действительно подошли ко мне восьмого или девятого июня и попросились в эту смену.

– А почему вы сразу об этом не сказали? – стукнул кулаком по столу Земсков.

– Я не придал этому значения, – опустил голову Кудрявцев. Он снял очки и глухо добавил: – Теперь я понимаю, что мне тогда не следовало разрешать им вот так просто выйти в эту смену. Нужно было уточнить причины, узнать, почему они просятся не в свою очередь. Там была очередь совсем другой пары… Но я им разрешил.