Симфония тьмы

Решив, что сидящие в нем спасаются бегством, толпа бросилась вдогонку.

– У тебя нет там знакомых? – спросил, усмехнувшись, сидевший за рулем.

Пол покачал головой.

– Ты не изменился, – сказал он, – я боялся верить своим глазам. Думал, уже больше никогда тебя не увижу.

– Я сам так думал, – ответил хозяин и вдруг стал разворачиваться. Машина, сделав круг, поехала назад, прямо на нападающих, на полной скорости. И через несколько секунд ворвалась в толпу. Передний бампер у «Фиата» дополнительно укреплен, словно специально предназначен для такого рода столкновений.

Машина сильным ударом отбросила первого из оказавшихся рядом. Задела второго. Третий нападавший вскрикнул и упал, цепляясь за бампер. Цепь, которой он до того размахивал, запутала колесо, как-то заклинив его, и автомобиль вынужден был остановиться.

– Черт побери, – сказал человек за рулем, – кажется, у нас проблемы.

Пол выскочил из автомобиля, увернулся от одного из нападавших, сшиб ударом ноги второго, отодвинул неподвижное тело, сорвал с колеса цепь.

– Ты тоже не изменился, – усмехнулся водитель, – совсем неплохо.

– Ты что, специально остановился? – недоверчиво посмотрел на него Пол.

Водитель посмотрел на своего пассажира. Но ничего не ответил. Только переложил лежавший у него на коленях автомат.

– И давно ты так разбрасываешься сотенными? – спросил Пол.

Вместо ответа водитель протянул ему еще несколько бумажек.

– За что? – деловито спросил Пол.

– Они фальшивые, – получил он спокойный ответ, – отпечатаны на цветном ксероксе.

Пол расхохотался. Помял бумажки, посмотрел их на свет. И повернулся к собеседнику.

– Зачем я тебе понадобился, Ястреб? И вообще, как ты здесь оказался? Мы ведь столько лет о тебе ничего не слышали.

Глава 2

Они должны были встретиться у этого здания, и Дронго вот уже пятнадцать минут стоял в доме напротив, стараясь угадать подошедшего раньше условленного времени представителя МОССАДа.

– Добрый вечер, Дронго.

Он не стал резко оборачиваться. Только усмехнулся и медленно повернул голову. Выше него на лестничной площадке стоял человек лет пятидесяти. В шляпе, темном плаще, с аккуратно подстриженной бородкой. Он спокойно, изучающе смотрел на профессионала.