Любимая или любовница. Хождение по мукам

Почти как в правилах этикета, гласящих: «Если вы хотите угостить партнера фруктом, то ему нужно предложить большую и лучшую часть без косточки».

Я не ставлю перед собой задачи рассматривать моменты, когда связь на стороне мотивирована деньгами, возможностью построения карьеры, заполучения нового статуса или еще какой-либо пользой. На эту тему написана масса книг по стервологии. Я говорю о великой силе, которая держит два любящих сердца в одной ладони. Когда ничего неможется без Него, хочется к Нему, а что-то не дает (женат он или в другом городе живет, и сегодня, сейчас встреча невозможна).

«Мой возлюбленный такой, какой есть. Он – небо, и его нельзя познать никогда.

Осознаю, что не хочу выпрашивать у него ни одной минуты: пусть будет со мной столько, сколько хочет и может.

Любовь и свет. Бог и небо. Желание и поцелуй (искренний, отзывающийся болью в висках). Руки, переплетенные на шее, дыхание прерывистое, слезы в глазах…

Я научилась жить в дружбе со своей любовью. Он есть. Он жив. Он любит меня там, где-то далеко, замирая в тишине в ту секунду, когда я благодарю Господа за счастье, в то мгновение, когда вспоминаю глаза, уставшие или светлые, хриплый от простуды любимый его голос.

Он есть, Человек, который мне важен. Я очарована им и не хочу просыпаться. Однажды мы отпустим друг друга, сожалея наверняка, но отпустим. Настанет момент, когда я сама захочу покоя, услышав фальшивую ноту. Я знаю это, потому что невольно ловлю себя на словах, звучащих тише моих чувств.

Я распутна? Я, разрешившая себе раствориться в чужом муже? Я даже в страшный час, когда никого нет со мною, не позову его.

Я всегда рядом с ним, он носит меня с собой незримо, не зная об этом.

Крикнуть? Кому? Кто услышит? Я не хочу, чтобы он знал, насколько важным стал для меня. Он – моя Ахиллесова пята. Молчать и отпускать домой – вот мой удел. Открывать дверь, радоваться дыханию, запоминать ритм сердцебиения и умирать каждый раз, когда он уходит.

Когда появится ржавчина в любви, за нее и зацепится моя песня, и тогда я проснусь, очнусь и сдавленным криком, не похожим на ноту, остановлю журчание нежности.

Так Будь, моя любовь!

Его жену съедает ревность. Знаю. Но Господи Боже! Ведь и она ревнует вовсе не к тому, что он ест суп или целует меня. Она испытывает чувство сродни зависти к состоянию моей души. И наверное, она права. Он – катализатор всех химических процессов во мне, творческих и женских.