Про любовь и не только…

Этому позднему сыну сейчас уже 60 лет и он настолько не мудр (плохое слово, но могу сказать жестче: глуп и неблагодарен), что говорит, не стесняясь и не краснея, будто мать его никогда не любила. А по-настоящему любил его только отец, который покинул семью, когда ребенку было меньше 2 лет; правда, алименты платил исправно.

Моя мудрая мама любила меня, мою жену и моих детей спокойно, не бросаясь словами и не требуя ничего взамен – только немного тёплого внимания.

А тёща, как я это сейчас понимаю (Что со мной? Хочу стать лучше самого себя в те молодые годы, когда я не понимал людей и мне так нехватало мудрости, спокойствия и частенько самого главного – доброты?), казалась самой себе умной, мудрой и доброй; но на самом деле более всего любила свои чувства, а не тех, на кого эти чувства были направлены.

Кроме этого глупого, неблагодарного, неинтеллигентного сына, которого любила безоглядно с первого дня и до самого конца. А он ничего не понял и теперь уже не поймет.»

Юра «замолчал» и с удивлением подумал: «А ведь я уже «пережил» тёщу и скоро маму «догоню»! И тут же вспомнил: «Мама почти никогда не жаловалась и никогда не выясняла отношения, т.

 е. кто прав – кто виноват. И уж точно не делала этого вслух и на людях. А тёща непрерывно делила всех и вся на правых и виноватых и выясняла, уточняла, проверяла, обвиняла, защищала; последнее – очень редко.»

3

Через месяц Ася с широко раскрытыми глазами рассказывала, в этот раз нескладно, но зато очень коротко:

– Вчера был Додик…

– Один? – не удержался и перебил её Юра.

– С Верой и Бобби, первый раз за много-много месяцев.

– Вернулся домой?

– Нет. Он пришел, когда Вера и Бобби уже были у нас.

– Не может быть! И как они встретились?

– Странно. Бобби сказал, не отрываясь от компьютера: «А! Это ты?» – Додик поцеловал его в щеку и получил в ответ: «Не мешай! Не видишь, что ли? Я играю».

– А Вера?

– Сказала: «Бобби! Оторвись от компьютера, папа пришёл». А Бобби слегка повернул голову в сторону Додика: «Ты когда уходишь?»

Вера покраснела: – Не обижайся на мальчика, он совсем забыл тебя.

– Неправда! Ничего я не забыл. Просто без него нам лучше. Правда, дед?

– Арик сидит в углу и молчит, – продолжает Ася. – И все молчат вместе с ним, только компьютер гудит… Додик принес тортик, я накрыла на стол, попили чаю; молча, без разговоров. Потом Додик немного рассказал о своей работе – если бы я хоть что-нибудь поняла – попрощался и посмотрел на Веру: «Проводи меня».